Сестра Мария получила трон и корону, но стала относиться ко мне со все большим подозрением. Странно, что спас меня все-таки мужчина — испанский король Филипп. Но тем не менее в Тауэр я все-таки попала и там возобновила знакомство с Робертом Дадли. Я его люблю, но никогда не смогу быть его женой, и уж тем более любовницей. Он недостаточно сообразителен, чтобы это понять, и поэтому я заигрываю с ним и даю ему все, что он хочет, чтобы удержать подле себя. Потерять его я не могу. Не могу.

Сейчас он хочет вас. И я счастлива вас ему предоставить, потому что для меня вы не представляете никакой угрозы. Вы его презираете, я думаю, это чувство у вас не пройдет. Но вы ему будете отдаваться, потому что так приказываю я, ваша королева.

— Но вы не можете так поступить со мной, — тихо промолвила Скай. — Со мной, вашим другом. Вашим верным слугой. Боже, мадам, вы настоящая дочь своего отца! Английский лев породил такого же жестокого детеныша, каким был сам!

Елизавета дернула головой:

— Осторожнее, дорогая! — предупредила она.

— Вы английская королева, это правда, — угрожающе произнесла Скай. — Но я — ирландка. Пока был жив Джеффри, я об этом забывала. Но теперь вспомнила!

Елизавета Тюдор рассмеялась:

— Как вы вспыльчивы, дорогая. Но мы обе отлично понимаем, что передо мной вы беззащитны.

Резкий ответ чуть не сорвался с ее губ, но Скай сдержалась.

— Могу я удалиться, ваше величество? — ровным голосом спросила она.

Королева протянула руку, и Скай быстро ее поцеловала.

— Леди Саутвуд, я разрешаю вам удалиться в Девон. Занимайтесь подготовкой к помолвке вашего сына с дочерью де Гренвилла. Это вас займет и поможет пережить все трудности.

Скай покинула комнату и присоединилась к Робби и Уильяму Сесилу. Ее настроение было под стать горящим щекам. Она сделала реверанс перед советником и, свирепо поглядев на Роберта Смолла, выбежала из комнаты.

— Кажется, и мне пора удалиться, милорд, — сухо заметил капитан.

Мужчины пожали друг другу руки и расстались. Сесил вернулся к своим делам, а Робби едва сумел нагнать Скай.

Она была в ярости и ни на час не желала задерживаться в Лондоне. Королева решила предоставить ее Дадли, пока сама играла с ним в игру «может, дам, может, нет». Сука! Скай не намеревалась сидеть сложа руки и ждать, пока милейший лорд Дадли наиграется с ней. Во имя Робина она притворится, что смирилась, но найдет какую-нибудь возможность отомстить Елизавете Тюдор.

Скай покосилась на Робби, который задумчиво сидел, раскуривая трубку.

— Я хочу, чтобы вы с госпожой Сесили на несколько недель забрали детей. Мне необходимо съездить в Ирландию, а дети меня сильно задержат в дороге.

— Что тебе сказала королева, Скай?

— Сказала, что я должна разыгрывать шлюху перед ее дражайшим графом Лестерским. Выходить замуж она не собирается, но никогда публично это не признает. Больше всего она боится власти мужчин над собой. Она хочет Дадли, но не возьмет его себе в мужья. Она решила, что я не представляю угрозы для ее любви, потому что презираю его, и поэтому, пока я удовлетворяю его похоть, Елизавета Тюдор может не опасаться за своего кавалера. Боже! Джеффри перевернется в могиле, если узнает, как меня используют. И кто! Королева!

— Чудовищно! — Роберт Смолл был глубоко потрясен. — И что же ты собираешься делать?

— Что я могу сделать, Робби? Ради сына я должна подчиниться. На это и рассчитывают и королева, и Дадли. Пока я ублажаю его и все остается в тайне, графский титул сына в безопасности.

— Это твое последнее слово, Скай? Нет, я в это не верю. Расскажи, что ты задумала!

— Робби… ты верный слуга короне?

— Конечно! Я ведь англичанин!

— А я — ирландка, Робби. Мы, ирландцы, никогда не были в восторге от того, как жали на нас английские монархи. Пока был жив Саутвуд, я хранила верность. И я осталась бы верна Елизавете Тюдор, уважай она меня так, как я уважала ее. Но она подобна всем английским правителям! Расточает добрые улыбки, но использует всех вокруг для своих целей. Она блестящая женщина, и я уверена, будет хорошо править Англией. Но после того что она мне сделала, она мой жестокий враг!

Но двое из моих детей — англичане. И я не хочу их впутывать в свои дела. Робин — граф Линмутский и в этом королевстве пэр. Это древний титул, Джеффри им гордился и был прав. Робин унаследует верность отца к королеве, а поскольку он вырастет симпатичным мужчиной, Елизавета будет к нему хорошо относиться.

Виллоу родилась в Англии, и она ваша наследница. Я не могу подвергать опасности тебя и госпожу Сесили. Да и Халид эль Бей не похвалил бы меня, если бы узнал, какую угрозу я навлекла на его единственного ребенка. Для вашего же блага я сохраню в секрете все, что собираюсь сделать.

— А Джеффри официально удочерил Виллоу? — спросил капитан, пока их карета кренилась с боку на бок на неровностях дороги.

— Нет. Он собирался, но не успел. А почему ты спрашиваешь?

— Потому что я хочу удочерить ее, Скай. Официально она моя наследница, но мне доставит удовольствие, если она станет носить мое имя. И для Виллоу будет безопаснее, если она станет Смолл. Я знаю тебя с тех самых пор, когда невинной девушкой, потерявшей память, ты влюбилась в Халида, и теперь могу прочитать в твоих глазах, что ты готова к борьбе. — Капитан вздохнул. — Ты ведь собираешься объявить войну короне?