— Есть водка, — ответила я, вспомнив, что Лешка еще пару месяцев назад поставил в холодильник початую «Гжелку», да так до нее с той поры и не добрался. — А вы что пить будете? Или у вас тоже язва?

Наталья чуточку нахмурилась. Похоже, я переборщила. Это почти хамство, спрашивать человека, не болен ли он. Тпру, Лизка, тормози на поворотах.

— С твоего любезного разрешения я бы тоже лучше по водочке.

— А вина не будете?

— Ой, это же специально для тебя приготовлено. Я этого вина дома столько напилась. А вот водочки хорошей у нас днем с огнем не сыщешь, сплошной самогон. Я уж и забыла, когда в последний раз непаленую водку пила.

Странные они какие-то. По мне так вино куда лучше любой, даже непаленой водки. Ну да Бог с ними. Я убрала лишние бокалы и поставила вместо них стопочки.

— Ну, как говорится, за встречу! — сказал тост Семен, едва разлив вино и водку в соответствующие емкости.

— За встречу! — поддержала я его и пригубила вино.

Хм, а вкус какой интересный! Такого богатого букета давно не припомню. Что-то бархатное, нёбо ласкает, в пищевод торопится. И густое-прегустое, словно ликер. Теперь я понимаю, о чем вел речь Лешка, когда говорил о южных винах. Они же совсем-совсем другие, ну нисколечко не похожи на те, чем торгуют в наших магазинах.

Семен и Наталья внимательно и настороженно следили за моей реакцией, забыв даже опрокинуть свои стопки:

— Ну, как, нравится? — не выдержала первой Наталья.

— Очень нравится, — не покривила я душой. — Никогда еще такого не пробовала.

— А чего ж тогда так мало пьешь? Словно воробей какой?

— Наталья, не приставай к человеку, — с напускной строгостью отозвался Семен. — У каждого свой ритм, не надо торопить. Мы что, на поезд опаздываем?

Честное слово, в этот момент я была ему благодарна. А он ничего дядька, хотя и пузатый. И взгляд у него веселый, лукавый. Люблю таких.

— Ну, а теперь ударим по борщу. Ох, какой кусок мяса, не пожалела хозяйка! Как у нас говорят, жуй мясо, пока здоровый рот, зубы выпадут — кто разжует?

Я хихикнула. Ну и поговорочки у моего дядьки. И говорит он так смешно, почти картавит. Прононс на французский манер. А вместо буквы «г» то и дело срывается на «х». Интересно, а как он произносит слово «гусь»? А «гурман»?

— А ты, значится, замуж собралась? — с набитым ртом спросила вездесущая Наталья, успев при этом практически ополовинить тарелку супа. Вот это аппетиты у мадам! Или у меня тарелки такие маленькие?

— Да, есть такое дело. Свадьбу в августе планируем играть.

— Деньги — прах, одёжа тоже, а любовь всего дороже! — назидательно произнес Семен, для верности покачав пальцем. — За это и выпьем!

Мы звучно чокнулись, и в этот раз я не удержалась, допила вино до дна. Уж больно вкусное. Где я еще такое попробую? Ах да, у Лешки. Он же обещал меня напоить, как только приеду. Как я могла об этом забыть? Нет, все, пьянству — бой! Так выпьем перед боем! Тьфу, все не то в голову лезет. Ну да, родственники. Надо им показать, где постельное белье лежит. Хотя лучше это я потом сделаю. До вечера далеко, а у меня так в голове шумит — просто жуть.

— Вы это, если добавки хотите, скажите. У меня еще целая кастрюля на плите. И еще макароны по-флотски есть.

— Спасибо, Лизонька. Да ты сиди, сиди, я уж сама как-нибудь…

А Наталья тоже вроде ничего баба оказалась. Смешная, правда, да суетливая чересчур, а так все в порядке.

— Ну, как водится, давайте по третьей. Чтоб в дому все водилось, а у хозяйки на это средств не переводилось! За тебя, Лизавета!

— Спасибо! — расчувствовавшись, ответила я и, чокнувшись с гостями, выпила второй бокал вина.

Наталья по-свойски подложила добавки себе и мужу, а я, с трудом сдерживая смех, наблюдала за тем, как ее двоящийся силуэт сновал туда-сюда по кухне. Ой-ой, что-то у меня перед глазами все плывет. Пора бы извиниться перед гостями и прыгнуть в кроватку, пока какого конфуза не случилось. Давно так не надиралась. Надо же какая коварная штука — это южное вино! В теле легкость необыкновенная, а ноги не ходят, и в голове черт те что творится.

— Вы тут дальше сами без меня, ладно? А то, кажется, я с вашего вина ужасно пьяная стала, на ногах не держусь. Пойду, посплю пару часиков.

— Конечно, конечно, Лизонька! Какие разговоры! Тебя проводить?

— Нет, спасибо, я сама, — из последних сил отозвалась я и кое-как, буквально по стеночке поползла в сторону спальни. Гордость — великая штука. Особенно, если вовремя про нее вспомнить.

В следующий раз, когда я снова соберусь пить южное вино, просто толкните меня в бок, хорошо? Я пойму, зачем вы это сделали.

Наталья и Семен дождались, пока Елизавета дойдет до спальни, выждали для верности еще пять минут, после чего Наталья на цыпочках отправилась на разведку. Семен остался в кухне.