– Маквей, куда вы пропали?

Он снова повернулся к телефону.

– Вы нашли что-нибудь на Класса?

– Из MI-6 нам передали его досье. Ничего примечательного. Женат, двое детей. Родился в Мюнхене. Вырос во Франкфурте. Капитан Германских военно-воздушных сил. Его взяли на работу в западногерманскую разведку. Зарекомендовал себя выдающимся специалистом по отпечаткам пальцев. Позже работал в Интерполе, в лионской штаб-квартире.

– Это все не то, – прервал его Маквей. – Что-то явно упущено. Копните глубже. Знакомые, сослуживцы, привычки, распорядок дня… Постойте… – Маквей вспоминал тот день, когда получил отпечатки пальцев Мерримэна из Интерпола. Это было в офисе Лебрюна. Кто-то работал вместе с Классом – Хэлл, Холл, Халд… Хальдер!

– Хальдер Рудольф. Интерпол, Вена. Работал над отпечатками Мерримэна вместе с Классом. Постойте, Айан, вы знакомы с Манни Реммером?

– Из немецкой федеральной полиции?

– Это мой старый друг. Он работает в Бад-Годесберге, живет в Рунгсдорфе. Сейчас еще не поздно, позвоните ему домой. Сошлитесь на меня. Пусть даст все, что можно, по Классу и Хальдеру. Если у них что-то есть, он найдет. Можете ему вполне доверять.

– Маквей, – озабоченно произнес Нобл. – Похоже, вы разворотили настоящее осиное гнездо. И думаю, вам надо как можно скорее убираться из Парижа.

– Каким образом? Почтовой бандеролью?

– Где я могу застать вас через полтора часа?

– Нигде. Я сам позвоню.

Было уже больше половины десятого, когда Маквей постучал в дверь номера. Осборн приоткрыл дверь на цепочку и выглянул.

– Надеюсь, вам понравится салат с цыпленком.

В одной руке Маквей держал поднос с белыми пластмассовыми мисками с едой, закрытыми прозрачной пленкой, в другой – кофейник с двумя кружками. Ужин был выдан в кафе отеля недовольным кассиром, уже закрывавшим заведение на ночь.

К десяти от ужина не осталось и следа. Осборн мерил шагами номер, сжимая и разжимая пальцы раненой руки, стараясь разработать их. Маквей развалился на кровати, обложившись сделанными накануне записями.

– Итак, Мерримэн сказал вам, что Эрвин Шолл – Эрвин через «Э», из Уэстхэмптон-Бич, Нью-Йорк – нанял его убить вашего отца и еще троих где-то в тысяча девятьсот шестьдесят шестом году.

– Совершенно верно, – подтвердил Осборн.

– Трое других убитых – из Вайоминга, Калифорнии и Нью-Джерси. Мерримэн выполнил задание и получил деньги. Потом люди Шолла попытались прикончить его самого.

– Да.

– Это все, что он вам сказал? Только названия штатов, ни имен, ни адресов?

– Только штаты.

Маквей встал и пошел в ванную.

– Около тридцати лет назад мистер Эрвин Шолл нанял профессионального убийцу Альберта Мерримэна. Позже Шолл приказал ликвидировать Мерримэна. Игра называется «убить убийцу». В нее играют, чтобы убедиться, что замолчали все и навсегда.

Маквей сорвал бумажную ленту со стакана для воды, наполнил его и вернулся в комнату.

– Но Мерримэн перехитрил Шолла, инсценировал свою смерть и смылся. Шолл, уверенный, что Мерримэн давно мертв и похоронен, и думать про него забыл. Так продолжалось до тех пор, пока вы не поручили Жану Пакару найти Мерримэна. – Маквей сделал глоток воды и замолчал, решив не упоминать Класса и Интерпол. Осборну об этом знать незачем.

– Вы думаете, в том, что произошло в Париже, тоже замешан Шолл? – спросил Осборн.

– И в Марселе, и в Лионе, и в Штатах тридцать лет назад? Я до сих пор не знаю, кто такой мистер Шолл. Может, он мертв, а может, его вообще не существовало.

– Тогда кто это сделал?

Маквей растянулся на кровати, сделал еще одну пометку в своей растрепанной записной книжке, потом перевел взгляд на Осборна.

– Доктор, когда вы впервые увидели долговязого?

– У реки.

– А раньше?

– Никогда.

– Вспомните, утром того же дня, за день до того?..

– Нет.

– Он стрелял в вас, потому что вы были с Мерримэном и он не хотел оставлять в живых свидетеля? Так по-вашему?

– А как еще это можно объяснить?

– Ну, во-первых, его целью могли быть вы, а не Мерримэн.

– Почему? Откуда он меня знает? И даже если так, зачем тогда было убивать всю семью Мерримэна?

Осборн прав. Видимо, никто не подозревал, что Мерримэн жив, пока Класс не наткнулся на отпечатки его пальцев. И Мерримэна тут же заставили замолчать, как предположил Лебрюн, потому что, получив отпечатки пальцев, полиция быстро добралась бы до него. В силах Класса было задержать идентификацию отпечатков, но скрыть их существование он не мог – о них знали многие в Интерполе. Итак, Мерримэна следовало уничтожить раньше, чем полицейские возьмут его и заставят говорить. Но поскольку он уже лет двадцать пять как «завязал», значит, он мог рассказать только о том времени, когда он, предположительно, работал на Эрвина Шолла. Потому Мерримэна и ликвидировали вместе со всеми его близкими – на тот случай, если бы они знали о его прошлом. Чтобы исключить самое возможность утечки информации о связи Мерримэна и Шолла. И следовательно, долговязый понятия не имел, кто такой Осборн, и тем более – что он сын одной из жертв Мерримэна, и…

– Проклятье! – выдохнул Маквей. Как он раньше не догадался? Дело вовсе не в Мерримэне и не в Осборне, а в той четверке, которую ликвидировал Мерримэн тридцать лет назад по приказу Шолла!

Маквей возбужденно вскочил на ноги.

– Осборн, чем занимался ваш отец?

– То есть кто он был по профессии?

– Ну да.

– Он придумывал разные вещи, – улыбнулся Осборн.

– Черт возьми, что вы имеете в виду?

– Ну, что-то в области сложных технологий. Он изобретал какие-то устройства и строил модели. Главным образом – медицинские инструменты.