— Доброе утро, — произнес мягкий нежный голос позади него.

Лазар обернулся и увидел ее стройный силуэт.

— А, вот и мой котенок! Ты рано встала.

— Я принесла тебе кофе. — Аллегра осторожно направилась к нему по слегка качающейся палубе. — И вот еще печенье, если ты проголодался. О, бери быстрее. — Она слегка поморщилась, и Лазар понял, что девушка пролила горячий кофе на пальцы. — Я не нашла сахар. Здесь только сливки.

Он поцеловал Аллегру, забирая у нее глиняную кружу.

— Вот мой сахар.

— Ты такой льстец, — пробормотала она.

Лазар улыбнулся, заметив, что девушка покраснела.

— Печенье? — спросил он.

— Вот. — Она протянула ему маленькую тарелочку. Лазар перевел глаза на штурвал.

— Тебя не затруднит, дорогая, положить печенье мне в рот?

— О! — Взволнованная Аллегра взяла миндальное печенье, обмакнула его в кофе и поднесла ко рту Лазара.

Его забавляла ее застенчивость.

Аллегра взглянула на паруса, пытаясь найти тему для беседы.

— Ужин вчера был просто великолепен. Твой Эмилио прекрасный повар.

— Рад, что тебе понравилось. Эмилио посещал школу ди Медичи в Тоскане. Мне больше всего по вкусу итальянская кухня. — Лазар пожалел, что не может игриво ущипнуть ее за попку, когда она, повернувшись, взглянула на мачту.

— Признаться, меня поражает, что ты гурман.

— Мы, любители наслаждений, серьезно относимся к удовольствиям. Еще дашь откусить?

Аллегра повернулась к нему и повторила весь процесс, окуная печенье в кофе. На этот раз ее пальцы оказались в опасной близости от его губ. Они помолчали. Лазар пил кофе, а она смотрела, как ветерок колышет паруса над их головой.

— Какой прекрасный у тебя корабль, — задумчиво проговорила Аллегра.

— Иди сюда, — сказал Лазар, — и попробуй управлять им.

— Я?

— Да.

— Но я не знаю, как это делается!

— Я научу тебя. — Она отдала ему последний кусочек печенья, и Лазар, игриво куснув Аллегру за палец, притянул ее к себе и поставил перед штурвалом. — Это несложно. Просто держи вот здесь. — Он положил ее нежные руки на штурвальное колесо. Его левая рука, освободившись, уже потянулась к ее бедру, но он вовремя остановил себя.

Было бы крайне неразумно распускать руки сейчас, когда Аллегра наконец начала доверять ему. Прислонившись к рубке, Лазар пил кофе и наблюдал за ней.

— Неужели я управляю им? — поразилась девушка. — И все правильно делаю? Лазар засмеялся:

— Ты настоящий морской волк.

Приподнявшись на цыпочки, она устремила взгляд в открытое море и расплылась в улыбке.

— А потом можешь отдраить палубу, — пошутил он.

— Лазар! — воскликнула она и поспешно поправила себя: — То есть капитан!

Он был рад, что Аллегра невольно назвала его по имени.

— Осторожно, айсберг, — снова пошутил Лазар.

Она взглянула вперед и фыркнула.

«А, — подумал он, — Аллегра начинает откликаться».

Аллегра простояла за штурвалом всего четверть часа, но знала, что никогда не забудет это непередаваемое ощущение. Она управляла огромным кораблем! Аллегру восхищало доверие Лазара, решившегося отдать ей штурвал, и она была очень довольна, что наблюдала за восходом солнца вместе с ним. Для этого Аллегра и вышла на палубу так рано.

Лазар утверждал, что лучше всего наблюдать за восходом из «вороньего гнезда», крошечной платформы, установленной на самом верху главной мачты, футах в ста от палубы.

— Тебе меня туда не затащить, — заявила Аллегра, но он улыбнулся ей, и все ее страхи исчезли. Она могла бы еще капризничать, но Лазар открыто бросил ей вызов.

— Это ребячество, — сказала Аллегра.

— Трусишка. Она прищурилась:

— Еще посмотрим, кто из нас трус!

Не успела Аллегра опомниться, как уже карабкалась по лестнице, а Лазар следовал за ней, дав слово чести, что не будет заглядывать под юбку.

Он заставил девушку сиять туфельки, и ее босые ноги царапала пенька. Вокруг струились огромные белые паруса, издавая такие мягкие ритмичные звуки, словно ангелы похлопывали крыльями.

Восторг и изумление рассеяли все страхи Аллегры. Она никогда еще не видела восхода солнца в море, никогда ни с кем не разделяла восторга от самого священного для нее ритуала.

Взбираться было непросто, но девушка поняла, что самое главное — не смотреть вниз. Присутствие Лазара успокаивало ее. Она спешила, чтобы не пропустить рассвета.