— Какой он был?

Жак покачал головой:

— Я так скажу, сеньорита. Вы видали в церкви, как художники изображают Создателя? Длинная белая борода, пронзительные серые глаза…

— Он был похож на Бога? — изумилась Аллегра.

— Да, но у него не было одной ноги. Говорят, ногу откусила акула, когда он ловил рыбу. Так Вульф ее выследил, убил и плюнул ей в глаза. А потом скормил своим людям.

— Боже правый! — Аллегра покраснела, когда матросы рассмеялись.

— Да, у него был нюх старого морского волка, но если кто перечил ему…

— Тогда Вульф был безумен. Жестокий — прошу прощения, сеньорита, — сукин сын, — заявил Пьер. — Но его нельзя было не любить. Правда, взяв в руки плеть, он терял меру, это его и доконало.

— Его убил Лазар? — спросила Аллегра, вспомнив страшные шрамы.

— О нет, сеньорита! Капитан любил старика.

— Любил? Да нет же. — Она нахмурилась. — Вульф отстегал его.

— А, то была битва характеров, — хмыкнул Пьер. — Вульф не мог сломить капитана и в конце концов стал считать его своим сыном.

— Что?

— Да, у Вульфа никогда не было детей, вот он и сделал Лазара своим сыном. Понимаете, кэп пришел в Братство совсем мальчишкой.

— Сколько же ему было? — Аллегра вспомнила, что когда была убита семья Фиори, Лазару исполнилось тринадцать. Пьер и Жак посовещались.

— Может, пятнадцать-шестнадцать, самое большее — семнадцать лет.

Жак засмеялся:

— Он тогда мог перерезать глотку любому, кто протянет руку к его ужину. С тех пор кэп себя здорово усмирил.

Аллегра задумалась. Где же был Лазар после исчезновения с острова Вознесения до того момента, когда присоединился к капитану Вульфу.

— Вы уверены, что хотите услышать эту историю, сеньорита?

Аллегра решительно кивнула, но в это время кто-то прервал разговор вопросом о порванном парусе. Девушка украдкой посматривала на широкоплечего мужчину на капитанском мостике.

Лазар стоял, упершись кулаком в бок и сжимая в пальцах сигару; в другой руке он держал рупор, через который отдавал приказания команде.

«Ему нравится все это», — решила Аллегра.

Иногда Лазар подходил к поручням и всматривался в море через подзорную трубу, выбирая для своего флота маршрут.

Матросы вернулись к прерванной беседе.

— В общем, мы совершили налет на Антигуа четыре года назад. Ребята взбесились от крови, золота и рома. Это был плохой рейд. Около двадцати человек взбунтовались прямо в разгар похода и убили старого Вульфа.

— Кэп сумел обуздать людей и вывел нас оттуда до прихода военного флота. Потом, когда мы вернулись к себе, он казнил зачинщиков мятежа. Ребята проголосовали и избрали его. С тех самых пор он вожак Братства, — пояснил Жак.

— Проголосовали? — изумленно воскликнула она. — Он выборный капитан?

— Ну да, мы всегда голосуем. Так у нас принято, — спокойно сообщил Пьер.

— То есть капитан управляет вами, придерживаясь принципов демократии?

Мужчины переглянулись.

— Ну да, наверное, это так называется.

— А что вы думаете о Лазаре как о командире?

— Лучше не бывает, — заявил Жак.

— Он суровый, но справедливый, — поддержал его Пьер.

— А он бывает жесток, как Вульф? Порет людей?

— Кэп никогда никого не порол, — оживился Жак. — Нет, у капитана всего несколько правил, но если нарушишь хотя бы одно, у тебя останется только один шанс, а потом… — Он приставил руку к голове, изображая пистолет. — Бум!..

Глупый Жак даже не представлял, как Аллегра похолодела от этого жеста. Мурашки побежали по телу, когда она вспомнила карательную команду Лазара и его план расстрелять ее прямо на глазах у отца.

— Интересно, скольких он убил? — пробормотала она.

— Я про это ничего не знаю, — покачал головой Пьер.

— Спросите его самого, — хмыкнул Жак, продевая нитку в иголку.

— Даже и не думайте, сеньорита. Жак просто шутит. Кэп не любит расспросов.

— О чем меня спросить? — вдруг прозвучал глубокий низкий голос.

Все трое покраснели, увидев Лазара. Самодовольное выражение его лица сказало Аллегре, что он слышал, как она выведывала у матросов информацию о нем.

— О том, сколько человек вы убили, капитан, — отважилась Аллегра.

— О, да я и не считал, — тут же откликнулся он. Бросив на матросов угрожающий взгляд, Лазар кивнул и оставил их.

Как я ненавижу этого человека, подумала Аллегра.

Ужин тем вечером прошел в напряженном молчании. Аллегра заметила, что Лазар едва притронулся к еде. Он пил воду вместо вина и казался погруженным в раздумья.