— Но эти следы берут начал непосредственно от черного выхода, — не сдавался Анакин. — Вы только посмотрите, насколько они отличаются от всех остальных… Такое впечатление, будто парочка несла на плечах нечто тяжелое — эти отпечатки гораздо глубже, — осмотрев затененную аллею, Скайвокер добавил: — Все ансионцы приблизительного одного роста и веса… Вывод напрашивается сам собой.

— Итак, в лавку вошли трое, а вышли только лишь двое, причем ни один из последних не принадлежал к роду людей, — подытожил Оби-Ван. — Ты начинаешь демонстрировать чудеса сообразительности, Анакин. Советую тебе продолжать в том же духе.

Луминара устало закрыла глаза, помассировала веки, а затем обречено произнесла:

— Я не чувствую присутствия девушки в округе… Если Баррисс попала в плен, то локализацию ее биополя было бы очень просто определить… Но вокруг одна пустота.

— Возможно, девушка находится без сознания, — предположил Оби-Ван, внимательно рассматривая направление отпечатков. — Если та парочка, на которую мы грешим, действительно желала ей зла, то она могла спокойно воспользоваться тем же методом, что уложил под прилавок и довел до беспамятства доброго старичка.

— Или она умерла, — сгоряча ляпнул Анакин.

В обществе иных людей подобное высказывание юноши несомненно посеяло бы панику, но среди джедаев существовали неписаные законы мужества и стойкости. Ни Луминара, ни Оби-Ван даже не моргнули, оба сохраняли полное спокойствие.

Конечно, в душе Луминара почувствовала поднимающуюся бурю эмоций; но закрепленная годами дисциплина не позволила дрогнуть ни единому мускулу на лице.

— Этот городок порядочного размера. Как же мы найдем ее? — спросила женщина, прикладывая максимум усилий, чтобы сдержать душащие изнутри страх и гнев.

— Быть может, нам стоит призвать на помощь городские власти? — предложил Анакин.

— Вот уж конечно, — отозвался Оби-Ван. — Сейчас мы находимся в самой узкой стадии переговоров. Признать перед лицом правителей планеты свою полною беспомощность — значит зародить сомнение в возможности благоприятного разрешения проблемы с алвари в целом. Если мы не способны уберечь своего товарища, то какие же разговоры можно вести о взаимодействии с кочевниками? Анакин понимающе кивнул.

— Я понял суть ваших слов, учитель. Порой мое поведение слишком прямолинейно.

— Ошибки молодости и неопытности, от них не застрахован никто на свете, — Оби-Ван поднял взгляд на Луминару. — Нам придется отыскать Баррисс самостоятельно, и не важно, какие ради того придется приложить усилия, — напряженно улыбнувшись, он продолжил: — Времени осталось очень мало. Ансионцы не должны ни о чем догадаться.

Луминара указала пальцем на магазин.

— Сначала мы должны максимально подробно расспросить продавца о тех покупателях-алвари, которые зашли к нему вместе с Баррисс. Затем, по моему мнению, следует разделиться и разбить город на три района для поисков. Использовав лавку в качестве отправного пункта, мы будем опрашивать людей, перемещаясь к окраинам. Кроме того, остается надежда, что кто-то из нас почувствует присутствие Баррисс с помощью Силы.

— Как вы думаете, учитель, это те же самые люди, что напали на учителя Луминару и падавана Баррисс перед нашим прибытием на планету? — поинтересовался Анакин.

— Трудно сказать, — ответил рыцарь. — В этом мире сосуществует такое количество фактов, воздействующих друг на друга, что догадаться о реальной причине вещей становится порой просто невозможно.

Анакин видел, что Оби-Ван Кеноби расстроен гораздо сильнее, чем можно было подумать сначала.

— Политики сейчас не имеют для нас никакого значения. Самое главное — найти Баррисс.

Джедай не добавил: «живой и здоровой», но каждый понял это и без слов.

Экстренная телеграмма (Сеть новостей на Корусканте).

Немрилео ирм-Брокубак, делегат Танжая VI, погиб вчера в результате столкновения личного звездолета с тяжелым транспортным челноком. Катастрофа произошла в южном квадранте девяносто третьего сектора пригорода Биндай, неподалеку от дома потерпевшего. Допрошенный на месте аварии пилот челнока признался, что внутренняя система управления корабля внезапно вышла из строя, что и явилось причиной прямого воздушного столкновения. Следователи попытались проверить версию пилота, но вследствие значительного повреждения обоих летательных аппаратов процесс экспертизы, судя по всему, примет затяжной характер.

У делегата Танджая ирм-Брокубака остались жена и двое детей. Несмотря на активную роль в движении за разделение Республики и значительную поддержку со стороны наиболее радикальных, членов этой организации, Немрилео пользовался огромным уважением в среде своих коллег и друзей. В соответствии с танжайской традицией, его прах будет развеян завтра над столицей, где ирм-Брокубак жил и трудился на протяжении последних пятнадцати лет карьеры.

Канцлер Палпатин приносит свои соболезнования родственникам и коллегам покойного.