Шрифт:
— А ты вернулась с наследником и правила от его имени?
— Да.
— Так вот почему ты так просила не бросать его, если что-то случится с тобой! — Он ласково погладил ее по руке. — Ты боялась, что Патрик попытается забрать его и твоя тайна откроется!
Она кивнула и всхлипнула.
— Он ничего не сможет сделать, Сиобейн! Он натворил столько, что не имеет права что-то требовать. Да и Рианнон не избежать наказания за ее ложь. Хотя я и не думаю, что она подозревала именно О'Нила, — ее скрытность стоила жизни слишком многим. — Он помолчал и осторожно спросил: — А Рианнон подтвердит, что это ее сын?
— Никогда! Если только речь не будет идти о моей жизни. — Сиобейн со страхом посмотрела на него: — Что ты с ней сделаешь?
— Она твоя сестра и родная мать Коннала, но я не могу оставить ее безнаказанной, — понурился Гэлан.
Сиобейн грустно кивнула — она тоже понимала, как далеко завела Рианнон ее ложь.
— По-моему, О'Нилу известно, что Коннал — не сын Тайгерана.
Гэлан выругался.
— Но именно это он мне и сказал!
— Так он не побоялся сунуться в ту башню? — Глаза Гэлана вспыхнули от ярости. — Черт побери, что за наглый мерзавец!
Он вскочил с кровати, но Сиобейн остановила его, поймав за руку.
— Он говорил с английским акцентом, но это наверняка был он!
— И что он тебе наплел?
— Что придет конец всем, кого я люблю. И что в этот момент ублюдок прощается с жизнью.
Гэлан выскочил в коридор и потребовал немедленно доставить к нему Коннала!
Глава 35
Как всегда, когда Гэлан начинал нервничать, он метался по комнате, не в силах усидеть на месте. И хотя принцесса знала, что может вполне положиться на Дрисколла, ее муж, похоже, доверял только себе. И желал, чтобы Коннал был здесь, с ним. Чем скорее, тем лучше.
Сиобейн долго следила за его метаниями, прежде чем решилась окликнуть. Он не ответил, ожесточенно поскреб в затылке и начал очередной круг по комнате.
— Гэлан!
— Что? — рявкнул он, но тут же опомнился и со вздохом сказал: — Прости меня, милая!
— А ты меня простил?
Гэлан опустился перед ней на колени.
— Тебе не за что просить прощения, любимая! У тебя не было выбора, и ты сумела найти самое деликатное решение для неразрешимой проблемы!
Она с облегчением перевела дух, и глаза ее наполнились слезами.
— Ох, милая, только не плачь, не надо! — Он становился беспомощным, когда она начинала плакать. — Твой народ получил наследника, вокруг которого мог сплотиться, твоя сестра избежала позора, а Коннал окружен любовью и обещает вырасти хорошим мальчиком! Хотел бы я в свое время иметь такую же маму, как ты!
— У тебя скоро появится свой шанс, Гэлан! — прошептала она, гладя его по голове.
Он нахмурился, не понимая, о чем речь. Его растерянность выглядела так по-мужски!
— Я ношу твоего ребенка.
Он вдруг смертельно побледнел, уставился куда-то в пространство, словно высматривая там некие тайные знаки, и лишь потом решился перевести на нее ошеломленный взгляд.
— Мы… мы сделали ребенка?..
— Это вполне естественный результат для такой горячей любви, муженек! — ласково улыбнулась она.
— Боже милостивый! — Его голос задрожал и прервался от избытка чувств. Он благоговейно прикоснулся к ее животу, как будто хотел пощупать затаившуюся там новую жизнь, а потом обнял Сиобейн и прижался щекой к ее талии. — Ах, моя принцесса!
Она ласково перебирала его темные густые волосы, а он блаженно зажмурился и вздохнул, снова благословляя тот день, когда Всевышний внушил королю Генриху мысль послать его в Ирландию.
В замке все томились ожиданием и мечтали скорее разрешить этот смертельный конфликт. Только Сиобейн с Гэланом не спускали друг с друга любящих глаз, нисколько не смущаясь тем, что за ними наблюдает Йэн. Воспользовавшись моментом, когда Пендрагона окликнул кто-то из рыцарей, Йэн наклонился к принцессе:
— Ты ведь любишь его?
Впрочем, он и так знал ответ. Он знал его с той минуты, когда увидел их вместе, и все же предпочитал делать вид, что ничего не понимает, — ради прежней любви, отнятой у него войной. Любви, от которой он отвернулся сам.
— Да. — Она посмотрела Гэлану в спину и добавила: — Люблю больше жизни!
— Могу я получить прощение за то, что вытворял все эти годы?
— Ты давно получил мое прощение, Йэн! — тепло улыбнулась она. — Это Фиона все еще тебя не простила. Ты уничтожил ее.
Йэн, сгорая от стыда, осторожно покосился на темноволосую чародейку. Она ответила ему взглядом, полным ненависти.