Шрифт:
– Простите…
– Слушаю вас.
Он показал значок.
– Я – комиссар Юло из общественной Службы безопасности Княжества Монако. Я попросил бы вас об одном одолжении, месье…
– Франсис. Робер Франсис.
– Дело в том, месье Франсис, что, насколько нам известно, здесь некогда располагался магазин грампластинок под названием «Диски и риски», владельцем которого был ваш отец.
Хозяин растерянно осмотрелся. В его глазах вспыхнуло сразу множество вопросов.
– Да, но… то есть магазин уже несколько лет как закрыт…
Юло улыбнулся, успокаивая его, и продолжил другим тоном.
– Не волнуйтесь, Робер. Ни вас, ни отца не ждут никакие неприятности. Вам покажется странным, но спустя столько лет этот магазин может оказаться ключом для важного расследования, которое мы ведем. Мне нужно бы встретиться с вашим отцом и задать ему несколько вопросов, если возможно.
Роберт Франсис успокоился. Повернулся к светловолосой девушке за стойкой и указал ей на бокал, который Никола держал в руке.
– Налей мне тоже, Люси.
И снова обратился к комиссару..
– Ну, мой отец давно отошел от дел. Магазин грампластинок приносил мало… Знаете, больших денег отец вообще никогда не зарабатывал, а в последнее время стало совсем плохо. И потом, этот упрямец, мой отец, хоть и торговал редкими пластинками, куда чаще оставлял их для собственной коллекции, нежели выставлял на продажу. Вот и получается, прекрасный коллекционер и никудышный коммерсант…
Юло почувствовал облегчение: Франсис говорил об отце в настоящем времени. Значит, тот жив. «Если возможно» он сказал в конце разговора на тот несчастливый случай, если бы его уже не оказалось в живых.
– Так что мы сели однажды, все подсчитали и решили закрыть магазин… А я открыл вот это…
Он обвел рукой заполненное публикой кафе.
– Похоже, перемена к лучшему.
– Ну, что вы, совсем другое дело. И уверяю вас, устриц мы подаем самых свежих, а не древних, как отцовские пластинки.
Люси пододвинула бокал своему хозяину. Франсис поднял его и учтиво протянул в сторону комиссара, и тот повторил его жест.
– За ваше расследование.
– За ваше заведение и за редкие пластинки.
Отпили, и Франсис поставил запотевший бокал на стойку.
– Отец сейчас, конечно, дома. Вы приехали из Монте-Карло по автостраде?
– Да.
– Хорошо. Тогда следуйте по указателям. Недалеко от развязки, где выход на автостраду, стоит гостиница «Новотель». За ней – двухэтажная вилла из красного кирпича с садиком и кустами роз. Там и живет мой отец. Ошибиться невозможно. А могу я пока угостить вас чем-нибудь?
Юло с улыбкой поднял бокал.
– Этого достаточно.
Он протянул руку и Франсис пожал ее.
– Благодарю вас за любезность, месье Франсис. Вы даже не представляете, как помогли нам.
Покидая бистро, Юло увидел официанта, занимавшегося устрицами и другими дарами моря, рядом с ним лежала кучка раковин и панцирей. Он охотно проверил бы справедливость хвалебных слов Франсиса насчет их свежести, но времени на это у него не было.
Он проделал обратный путь. Из киоска Тату доносился хриплый кашель, шахматисты уже ушли. Книжный магазин закрылся. И игра, и торговля были приостановлены – обеденное время.
Направляясь к машине, он прошел мимо бара, где пил кофе. Под платаном кота-Ронкая сменил кот-Юло. Он сидел, лениво шевеля кончиком темного пышного хвоста, и оглядывал сонными глазами мир вместе с его обитателями.
Юло подумал: почему бы не считать этот кошачий реванш добрым знаком?
41
Жан-Поль Франсис завинтил крышку пластикового распылителя и несколько раз энергично подвигал поршнем насоса, чтобы получить необходимое давление. Взял устройство и направился к кустам красных роз, что росли возле ограды из металлической сетки в зеленой пластиковой оплетке. Осмотрел короткие ветки розария. Они были сплошь покрыты белым пушком – множеством насекомых-вредителей.
– Война так война, – торжественно произнес он.
Повернул рычажок, и из носика брызнула распыленная струя инсектицида, смешанного с водой. Он начал поливать от корня, поднимая струю вверх и равномерно опрыскивая весь куст.
Как и следовало ожидать, инсектицид чудовищно вонял. Жан-Поль порадовался, что догадался надеть жесткую марлевую маску, чтобы не вдыхать этот препарат, который, как сообщала этикетка, «Может быть токсичен при попадании в желудок. Беречь от детей».
Читая предупреждение, он подумал, что препарат, токсичный для детей, в его возрасте вообще можно без всякого опасения вкалывать прямо в вену.