Ковенант взглянул на Первую, и та, поймав его взгляд, нетерпеливым жестом указала ему на Дерево.

Усилием воли он заставил себя сделать несколько шагов вперёд. И тут же из теней у стены наперерез ему выпрыгнул Мечтатель. Из горла Хоннинскрю вырвался горестный стон. Казалось, весь свет, падавший на лицо немого Великана, вбирал в себя его белый шрам. Он яростно отрицательно мотал головой, сжав виски кулаками так, словно боялся, что мозг не выдержит этого чудовищного напряжения и взорвётся.

— Нет! — взмолился Ковенант, в крике выплёскивая накопившийся гнев и сострадание к мукам Мечтателя. — Не делай этого!

— Да ты что, свихнулся?! — поддержала его Первая. — Друг Великанов должен наконец сделать то, за чем пришёл. И времени у нас почти не осталось.

В следующую секунду Мечтатель страстно зажестикулировал, пытаясь что-то объяснить. Но, осознав, что торопится и никто его не понимает, взял себя в руки. Задыхаясь от волнения, он вновь попытался повторить свою пантомиму, но на сей раз медленнее, стараясь, чтобы смысл каждого жеста дошёл до зрителей. Он показал, что Ковенанту ни в коем случае нельзя притрагиваться к Первому Дереву. Если он это сделает, произойдёт страшная катастрофа. Он сам, Мечтатель, попытается добыть для Поиска ветвь.

Ковенант хотел возразить, но Первая на сей раз взяла сторону Мечтателя и резко перебила его:

— Друг Великанов, в нём говорит Глаз Земли. Красавчик поддержал жену:

— За все века нашего существования никогда ещё не случалось, чтобы Глаз Земли ошибался.

И Повенчанный-Со-Смолой встал рядом с немым Великаном, так, словно готов был сам остановить Ковенанта, если тот не послушает предсказателя.

— Но это же мой брат! — взревел из темноты Хоннинскрю. В его голосе слышались сдерживаемые рыдания. — Вы хотите послать его на смерть?

Палаш вздрогнул в руке Первой. Красавчик не сводил с неё глаз, ожидая решения, которое она примет. Ковенант в растерянности переводил взгляд с Мечтателя на Хоннинскрю и обратно. Он не мог выбирать между ними — оба они были ему дороги.

И тут, воспользовавшись всеобщим замешательством, немой Великан бросился к Дереву.

— Нет! — вырвался из груди Ковенанта вопль боли, чуть не разорвавший ему сердце. Довольно! Сколько можно! Хватит жертв ради него! И он устремился вслед за Великаном, чувствуя, как бурлит, разливаясь по венам, яд.

Не раздумывая, Хоннинскрю с яростным рёвом бросился на помощь брату.

Но Мечтатель, будто внезапно поражённый каким-то откровением, резко развернулся, в три прыжка достиг брата и со всего размаху врезал ему кулаком в челюсть.

Хоннинскрю не успел защититься и, пошатнувшись, отступил назад, столкнувшись с подбежавшим Ковенантом. И лишь благодаря мгновенной реакции Кайла, который успел в последнюю секунду дёрнуть юр-Лорда за руку, тот не рухнул на камни, да ещё придавленный тяжёлым телом Великана.

А Мечтатель уже стоял у самого ствола. Первая с Красавчиком хором умоляли его вернуться, но это его не остановило. Луч света высветил его мертвенно-бледное лицо и угрюмо сжатые губы. Он запрыгнул на одну из вывороченных из земли мощными корнями скал, с которой легко мог дотянуться до ветви, выбранной Ковенантом.

Протянув к ней руки, он на секунду замер, не решаясь коснуться. Потом обернулся и бросил на своих друзей полный боли взгляд, как бы прощаясь с ними и посвящая свою жертву им.

А затем вновь протянул руки к ветви, уцепился за неё и дёрнул изо всех сил.

Для Линден за секунду до этого время словно остановилось, и она с необычайной ясностью увидела застывшую картину: Мечтатель, тянущийся к ветви, Ковенант, бегущий к нему, словно он сам рвётся навстречу предсказанной немым Великаном смерти, Кайл, устремившийся к юр-Лорду. Затем картина ожила, но все двигались медленно-медленно, как во сне. Великаны тоже бросились к Мечтателю на помощь. Но бежали они, еле перебирая ногами. Казалось, ледяной воздух пещеры уплотнился, как вода. Все они были ярко освещены солнцем; в тени осталась лишь она, Вейн и Финдейл. Но благодаря видению Линден отчётливо различала стоящих рядом даже в сумраке. Оскал отродья демондимов был откровенно брутальным, как у хищника, завидевшего жертву. От элохима шли волны страха.

Раскат грома потряс пещеру. Он был настолько мощным, что все вокруг содрогнулось и Линден всем своим существом ощутила, как Лорд Фоул стягивает вокруг неё сеть своих ловушек и хитростей, чтобы она наконец осуществила то, что он ей предрёк. Воздух задрожал, как после взрыва, и эхо грома раскатилось по колодцу пещеры. Но Линден не смогла пошевелиться.

Пальцы Мечтателя сомкнулись вокруг ветви.

В тот же момент раздался страшный взрыв, словно вопль боли, исторгнутый из недр Земли. Ковенант и Великаны покатились в разные стороны. Линден увидела, как к ней стремительно приближается каменный пол пещеры, и даже не успела протянуть руки, чтобы смягчить удар.