Беда, если придет, придет с воздуха. Голод и холод страшнее. Впрочем, мы все еще надеемся, что завтра доберемся до базы. Там аккумуляторы и провиант. Все знают, что база есть, ведь это последнее, о чем позаботился Норм перед своей отставкой, а Норм – он сейчас бог.

– Бог приказал явиться, – сказала Морган, пробегая мимо. – Что-то у него есть для своих.

Отягощенный дурными предчувствиями, Брюс поплелся под навес, где Норм собирал малый совет. Здесь командиры отделений, Эдера Насименто, неизменный Кэссиди. Из колонистов никого нет. Для своих всегда приберегают плохие новости, чтобы вместе обсудить, как их правильно подать и что теперь делать.

– Базы у нас больше нет, – сказал Норм, кивая на двоих разведчиков, до такой степени замерзших и уставших, что бульон с кроликом схлебали даже не спросив, что это и можно ли это есть. – Ее разбомбили, и нам нет никакого резона идти на пепелище. Во-первых, нас там ждут. Во-вторых, едва ли мы найдем там что-нибудь полезное. Имеет смысл остаться тут. А в-третьих… интересно, откуда они узнали ее расположение? Меньше всего мне хочется открывать сезон охоты на ведьм, но сдается – у нас крот, и он под нас роет. Кэссиди, что вы думаете по этому поводу?

– Расположение резервной базы было известно руководству колонии…

– Мне – нет, – немедленно отреклась Эдера.

– …вам лично, Норм, вашим младшим командирам, Бротигану и мне, но Бротиган погиб, спасая людей.

– Зато вы живы.

– И не жалею об этом. Я также уверен, что этой информацией располагал Р. Эстергази – где он, кстати? Даже если он со всех сторон герой и молодец – искусственные люди ведь не способны на двойную игру, если это не заложено в их ТТХ – можем ли мы быть уверены в том, что он ничего не сказал девице Люссак?

– Мадемуазель Люссак была взята под стражу до принятия решения о создании резервной базы. У нее нет и не было возможности совершать какие-либо автономные действия.

– Мы вернулись туда, откуда пришли, чиф Норм. Девица Люссак – гражданка Земель Обетованных, с огромной долей вероятности – биоконструкт и оперативный агент противника. Все время, даже после того, как она была изолирована, она находилась в контакте с тремя персонами, каждая из которых так или иначе была связана с жизненно важной и секретной информацией.

– Я более чем уверен, что в девице Люссак нет встроенного эмиттера гиперсвязи.

– Должен вас предупредить, чиф Норм, следующим шагом я предположу наличие организованно действующей группы. Есть несколько человек, связанных личными отношениями, с вражеским или двойным гражданством… Вы, Эстергази, Р. Эстергази, Мари Люссак, которую вы не отдаете с завидным упорством, и еще, наверное, девица Морган, преданная непосредственно вам.

– Чья была идея послать Морган на автономную операцию за моей спиной?

– Нам нужен был человек, способный вас заменить, и не строптивый. Солдат перестает быть солдатом, когда перестает различать своих и чужих. А Пантократор меняет все, к чему прикоснется. Он взялся за вас, Норм, и вы больше не солдат. Может быть, герой, я не спорю…

– Герой у нас Р. Эстергази, и хватит нести чушь. У меня первый кандидат под стражу – вы, Кэссиди. Мои предположения против ваших, но я вас арестовать могу, а вы меня – нет. Посему я прошу вас сдать портативное устройство связи и не покидать вашу палатку. Считайте себя под домашним арестом, заодно попробуете это удовольствие на своей шкуре. Морган, присмотри.

– Мне нужен сеанс связи с авалонской колонией, – неожиданно сказала Натали Эстергази.

– Протестую, – лениво заявил Люссак. – Ни одна сторона не должна получать указания извне. Только свои ресурсы, в том числе свой ум.

– Это не указания, – ответила Приматора Ариадна. – Мы в любом случае должны связываться с обеими сторонами, чтобы оценивать ситуацию адекватно. У них все-таки там дети, так что будем иметь снисхождение.

Люссак хмыкнул и переплел пальцы на колене. Помощница Ариадны Аида, молодая и невзрачная, инициировала сеанс и положила деку перед Натали Норм. В центре стола возникло голографическое изображение связиста – ошеломленного и замерзшего парнишки, сидящего на ящике, на снегу. По краям громоздились смутные тени-глыбы: какие-то очень большие машины в отблесках живого огня.

– Мне нужно поговорить с тем, кто у вас командует, – сказала ему Натали.

– Ага. То есть сию минуту, миз… – Он вскочил и замахал руками. – Они хотят говорить с вами, командир, чиф…

Потом его мягко выдвинули из фокуса, а вместо него в кадре соткался широкоплечий мужчина с бронзовым лицом, без шапки, со снегом в кудрявых волосах. Неторопливо сел, положив рядом энергоштуцер.

– Да тут, – сказал президент Люссак, – все свои. И вы плакались, будто бы у НН нет ножа в сапоге? А это что?