– Просто так, – ответил Лёнчик, вгрызаясь в арбузный ломоть.

– Сколько арбуз стоит? – Розка словно бы искала, к чему прицепиться.

– Успокойся ты. – Лёнчик очередью выплюнул семечки на стол. – Это мы у чурбанов взяли. Они, короче, на выезде из города с фуры торговали. Давайте накатим.

– Я при детях не пью! – отрезала Розка.

– Как хочешь, – не стал спорить Лёнчик. – Валерьян, поднимай.

– Может, вам обоим уже хватит?

– Розка, ты чего? – спросил Сергач, трясясь, как на кинокомедии. – Дай мужикам отдохнуть! Борян, будешь?

– Мамка накажет, – ответил Моржов. Сергач и Лёнчик чокнулись и выпили.

Моржов смотрел на Лёнчика, раскуривающего сигарету, смотрел на Сергача с его вечно вздёрнутыми бровками враля и думал, что ему до полного охренения уже надоели и Лёнчик, и Сергач. Идиоты. И вообще ему до полного охренения надоели все идиоты скопом.

Где-то за Троельгой затарахтел мотоцикл. Без сомнения, это мчались друиды. Они просекли, что в Троельгу проехала машина, – значит, появилась возможность поживиться.

Друиды выкатились из-за угла домика и остановились за «Волгой» тоже на волейбольной площадке, чего раньше никогда себе не позволяли. Но хамство оказывалось заразным, потому что внушало больше уважения. Увидев «Волгу» на запретном месте, друиды сразу сообразили, кто теперь командир, и быстро встроились в фарватер – носом в корму командира. Моржов понял, что друиды мгновенно переключились с его ОПГ на ОПГ Сергача. Конечно, чего уж тут гадать: у Моржова – только подачки, а у Сергача – власть.

Вытирая ладони о «тормоза» на своих штанах, друиды поспешили здороваться с Сергачом.

– О! – воспрял Лёнчик. – Щас, короче, мы пошлём этих чертей в деревню за винищем. А то что у нас девки не пьют?

– Сергач, чё у тебя баба не пьёт? – тотчас влез Моржов.

Розка посмотрела на Моржова с изумлением. Сергач сделал самодовольно-успокоительный жест.

– Мужики, пока вы на коне, – здороваясь с друидами, Сергач сразу приступил к делу, – вам задание будет… Смотайтесь-ка в деревню за вином, одна нога здесь – другая там. А то у нас девчонкам выпить нечего.

– Да без проблем, командир! – взбодрились друиды и побежали обратно к мотоциклу.

– Ты что, решил здесь общую попойку устроить? – спросила Розка у Сергача – негодующе, но на всякий случай шёпотом.

– Да вот по столечку всего! – Сергач показал Розке крохотный зазор между большим и указательным пальцами – словно невидимый бриллиант.

– Не надо этого! – ревниво упорствовала Розка, не желая подключения Сонечки с Миленой и последующей потери своего первенства. – Выпили уже – и хватит! Ты зачем сюда приехал – меня повидать или бухать?

– Сергач, чего тебя твоя баба плющит? – снова влез Моржов.

– Розка, ладно тебе орать, – повёлся Сергач.

– А ты чего суёшься? – накинулась Розка на Моржова.

– Сергач, твоя баба твоих друзей гнобит, – тотчас голосом склочника наябедничал Моржов.

– Розка, кончай, – попросил Сергач и тотчас захихикал: мудно ведь прозвучало!…

Разъярённая Розка отвернулась.

– Сонька, иди сюда! – вдруг заорал Лёнчик, увидев Сонечку.

Сонечка робко подошла – и вдруг в глазах Моржова начала двоиться. Похоже, это друг от друга отдирались сразу два мерцоида – будто размножались делением.

– Садись! – радушно распорядился Лёнчик, обнимая Сонечку за талию и усаживая рядом с собой.

Сонечка через стол посмотрела на Моржова и, краснея, опустила взгляд. На месте Сонечки Моржов впервые в жизни видел холодного, бледного мерцоида. Похоже, Сонечка перепугалась чуть не до обморока.

– Будешь? – спросил Лёнчик, придвигая Соне стакан с водкой.

– Нет… – едва слышно ответила Соня и помотала головой.

– Давай-давай, – бодро загудел Лёнчик, поднял стакан и поднёс к губам Сонечки.

Соня сделала глоточек и зажмурилась так плотно, будто впала в коллапс, как чёрная дыра.

– Ты чего девку спаиваешь? – взвилась Розка. Сергач только колыхался от беззвучного хохота.

– Чё, не заебали они тебя ещё? – Лёнчик кивнул на Розку и Моржова, обнимая Соню покрепче.

– Нет… – выдохнула Соня.

– К нам-то на работу не надумала? – напрямик ляпнул Лёнчик.

– Куда – к вам? – удивилась Розка.

От страха разоблачения Сергач превратился в сплошную сладкую улыбку, словно Чеширский кот.