Маркиза направилась к двери. Казалось, она не торопилась, и даже остановилась перекинуться словечком с кем-то из гостей. Старый граф, немного навеселе, взял ее за руку:

– Хочу выпить за тебя, Хэриет, – произнес он заплетающимся языком, – самую красивую женщину в Англии.

– Спасибо, Барт, – ответила она, машинально кокетливо улыбаясь и освобождаясь от его руки так, что тот почти и не заметил, как она отошла от него.

Путь через комнату оказался бесконечным. Люди смеялись, оживленно разговаривали, болтали; повсюду раздавался звон монет и неторопливые выкрики, называющие цифры.

Наконец, вошла в Большой зал и стремительно направилась к главной лестнице. Она вошла в спальню. Марта с волнением ждала ее.

– Они здесь, миледи.

– Так я и знала. – Маркиза бросила пузырек на кровать. – Сегодня или никогда, – пробормотала она, – все же глупо с моей стороны, мне следовало их ждать. Море спокойно.

– Вы взволнованы, миледи.

– Взволнована? – голос маркизы дрожал. – Где их деньги, Марта?

Горничная прошла в другой конец комнаты и открыла нижний ящик комода, в котором лежал холщовый мешочек. Марта взяла его и, мысленно взвесив, с удивлением воскликнула:

– Странно, но какой он легкий.

– Знаю, – оборвала ее маркиза.

– Вы имеете в виду, миледи, – с ужасом произнесла Марта, – что вы взяли немного золота?

– Да, да, конечно, взяла. Неужели не понятно, дуреха? Не думала, что они придут сегодня. Я взяла несколько гиней, рассчитывая, что у меня еще будет время вернуть их.

– А что они скажут, миледи?

– Им придется только подождать. Ну, давай же, и не стой как истукан.

Хэриет взяла мешочек и свою любимую трость из слоновой кости.

– Мне пройти с вами, миледи? – спросила Марта.

– Нет, конечно, нет. Постой у двери. Если кто-нибудь спросит меня, я сразу же вернусь к гостям.

– Хорошо, миледи.

Маркиза осмотрелась, как бы в ожидании помощи, которая могла возникнуть откуда-то из мрачной пустоты комнаты.

– Черт, – пробормотала она, – ну я и дура, – затем повернулась и быстро прошла по коридору.

Шарф из газовой ткани, накинутый на плечи, развевался за ее спиной подобно крыльям.

Она направилась к концу коридора, пока не дошла до лестницы в старой части здания, и остановилась уже только внизу, чтобы взять со стола восковую свечу и зажечь ее от свечи на стене. Она нащупала рукой скрытую пружину на противоположной стене, и панель открылась.

Воздух в коридоре, напоминающем тоннель, был сырой и холодный. Хэриет быстро шла вперед, останавливаясь и зажигая свечи.

Она подошла к узкой лестнице, ведущей вниз. Воздух становился холоднее, пахло водорослями, издалека раздавался шум волн. Она осторожно спускалась по ступенькам, опираясь на трость.

Затем маркиза прошла еще по одному коридору, прорубленному в скале, с грязным и сырым земляным полом. Она шла, продолжая зажигать на своем пути свечи, прикрепленные к стенам железными скобами. Свернув за угол, она увидела перед собой свет и очутилась в пещере, где несколько человек переносили тюки и бочки из одного темного коридора и складывали их в другом, расположенном к западу, противоположном тому, по которому шла маркиза.

На миг Хэриет остановилась, наблюдая за тем, что происходит. Мужчины, проносившие тюки, посматривали в ее сторону, но никто из них не произносил ни слова. Они передвигались быстро и четко, не мешая друг другу.

Маркиза стала вглядываться в глубь коридора, из которого они появлялись. Холодный ветер, дующий с моря, теребил ее юбку и локоны, аккуратно уложенные вокруг головы. В пещеру большими шагами вошел мужчина. Властное выражение лица не сочеталось с его внешним видом. На нем была разорванная тельняшка, залатанные кожаные сапоги и грязный платок на шее.

– Добрый вечер, ваша светлость.

Он говорил вежливо, со странным подобострастием.

– Добрый вечер, Пэдлетт. Все в порядке?

– Прекрасно переплыли – за два часа пятьдесят минут. Эта новая лодка стоит каждого пенни, которые ваша светлость за нее заплатили.

– Рада слышать. А как груз?

– Вот список, ваша светлость, все, как Фрогги мне передал. Я пересмотрел его, все правильно, можно вычеркнуть только бутылку бренди.

– Почему?

Вопрос звучал категорично.

– Один из экипажа, миледи. Человек, которого мы взяли в прошлом месяце. С ним много хлопот. Он стащил бутылку в мое отсутствие.

– Ты знаешь, Пэдлетт, я не терплю воришек.

– Простите, миледи, но, если бы мы не взяли его, нам бы не хватило гребца. Ваша светлость знает, что нынче трудно найти хорошего человека.

– Глупости, до сих пор у нас не было подобных проблем.

– Может быть, миледи, но другие предлагают им за работу больше.

– Я всегда щедро плачу, – заметила маркиза.

– Но я ведь не говорю, что вы несправедливы, – возразил Пэдлетт. – Просто люди хотят работать на себя. Они получают деньги, это правда, но вы им больше ничего не разрешаете.