В кабинет они вошли вдвоем с Краюхиным. Панкратов хмуро посмотрел на них, приглашая садиться. Сидевший рядом первый заместитель министра был в таком же плохом настроении.

— Докладывайте, — потребовал Панкратов, — что у вас произошло? Как получилось, что погибли сразу два наших сотрудника? Я считал вас самой подготовленной группой в Москве.

Звягинцев молчал, понимая, что генералу необходимо высказаться. Тем более что рядом сидело высокое начальство из министерства.

— Нужно было тщательнее готовить операцию, — продолжал негодовать генерал, — тогда вы бы не понесли такие потери.

— Разрешите объяснить? — спросил Звягинцев и, заметив утвердительный кивок генерала, начал рассказывать:

— Мы получили срочное сообщение из уголовного розыска о возможном местонахождении известного рецидивиста Коробкова и его сообщников. Мы выехали туда ночью, чтобы иметь возможность внезапно захватить Коробкова и его людей. Наши сотрудники действовали по заранее утвержденному плану. Преступники оказали вооруженное сопротивление, в результате чего один из них был убит. А еще один получил ранение, когда мы врывались в квартиру.

— В рапорте написано, что там погибли три человека, — недовольно заметил Панкратов.

— После того как мы ворвались в квартиру и начали проверку документов, один из оказавшихся в квартире людей попытался выброситься из окна, — пояснил Звягинцев, — и, воспользовавшись общей суматохой, Коробков открыл огонь, ранив нашего офицера Дятлова. Мы вынуждены были применить оружие, и Коробков был убит. А свидетель выбросился из окна.

— Что-то у вас все слишком ладно получается, — грозно сказал первый заместитель министра, — один выбросился, другого застрелили. Может, вы специально выбросили человека в окно уже после того, как туда ворвались?

— Товарищ генерал, — посмотрел на него Звягинцев, — с нашей группой неотлучно находилась журналистка, которая все видела. Полковник Горохов передал ваш приказ взять журналистку на боевую операцию. Хотя я лично возражал против этого. Она все видела.

— Рассказывайте дальше, — потребовал Панкратов после наступившего непродолжительного молчания.

— Самоубийца оказался неким Скрибенко, который приехал в квартиру на встречу с Коробковым. Во время обыска в его автомобиле, стоявшем рядом с домом на стоянке, мы обнаружили крупную сумму денег — восемьдесят тысяч долларов.

Скрибенко работал в секретариате Кабинета Министров рядовым сотрудником, но машина ему не принадлежала. Мы выяснили, что автомобилем владеет Липатов Георгий Сергеевич — заведующий секретариатом Кабинета Министров.

На этот раз молчание было более продолжительным. Начальник уголовного розыска перестал дышать. Оба генерала посмотрели друг на друга. Все понимали масштабы скандала.

— Вы точно проверили? — спросил наконец Панкратов. — Может, вы ошиблись?

— Машина все еще стоит на стоянке, — покачал головой подполковник, — вы можете проверить. А в доме дежурят сотрудники уголовного розыска.

Панкратов посмотрел на заместителя министра, откашлялся, потом сказал:

— Вы не объяснили, как погибли ваши сотрудники.

— Мы решили сами все проверить, и несколько наших офицеров выехали к Метелиной, сообщившей нам о Коробкове. Но, к сожалению, это оказалось ошибкой.

Метелина работала на уголовный розыск, давая агентурную информацию, и мы не рассчитывали на какую-либо неожиданность. Однако нас опередили. Кто-то увез Метелину из дома за несколько минут до нашего появления. Наши офицеры, попытавшиеся войти в дом, взорвались — там была установлена бомба. — Звягинцев закончил говорить и выжидательно посмотрел на Панкратова.

— У вас все?

— Почти.

— Что значит почти? — разозлился Панкратов.

— Еще до того, как делом занялись следователи, мы решили проверить все самостоятельно, — выдохнул Звягинцев, — в общем, наши сотрудники решили провести обыск на квартире Скрибенко.

— Без санкции прокурора? — окончательно разозлился Панкратов.

— Речь шла об исключительном случае, — напомнил Звягинцев, — мы не могли ждать.

— Что-нибудь обнаружили? — спросил заместитель министра.

— Нет, — с некоторой заминкой сообщил Звягинцев, — ничего не обнаружили. — Он все-таки решил в последний момент не говорить о фотографии. На какую-то секунду тень неудовольствия отразилась на лице высокого гостя. Или он почувствовал неуверенность в словах подполковника.

— Может, Скрибенко случайно оказался в этой квартире? — спросил Панкратов. — Такой вариант вы исключаете?

— Судя по всему, это не было случайностью, — упрямо сказал Звягинцев, — найденные деньги и поступок Скрибенко свидетельствуют об обратном.

— Вы хотите сказать, что и Липатов замешан в связях с бандитами? — угрюмо спросил начальник московской милиции, уже пожалевший, что затеял этот допрос в присутствии стольких свидетелей.

— Я уверен, что Липатов тоже замешан в этой истории, — заявил подполковник.