— Это что — лондонский номер?

Мики кивнула.

— Да. 0171. Код тот же, что и у нас, поэтому я и не стала записывать. Вполне естественно, разве не так? Она же была из лондонской полиции.

— Боумен проходила переподготовку в Лидсе, — внушительно сказал он, — поэтому она там и жила, миссис Морган.

— Господи, ну конечно, — рассеянно сказала она, — знаете, как-то не отложилось. Так странно.

— Действительно странно, — согласился Уортон. — И вот, вы рассказали об этом звонке своему мужу, и на этом все?

— Я оставила ему сообщение на автоответчике. Потом он сказал, что договорился с ней и она должна прийти к нам утром в субботу. Он знал, что я не буду против, мы с Бетси как раз собирались в «Ле Шаттл» — кутнуть на шармачка. Преимущества работы, — она снова одарила его ослепительной улыбкой.

Уортон с грустью спросил себя, почему ни одна из его женщин, общаясь с ним, не излучала такую радость.

Не успел он задать следующий вопрос, как услышал шаги по паркетному полу в холле. Дверь за его спиной отворилась, и он полуобернулся навстречу входящему. Первым впечатлением, произведенным на него Джеко Вэнсом, было ощущение мощного потока энергии, заключенного в безукоризненный костюм. В самом банальном его жесте, даже в том, как, пересекая комнату, он гостеприимно протянул левую руку инспектору, было нечто неотразимое, притягательное.

— Инспектор Уортон, как я догадываюсь, — тепло приветствовал гостя Вэнс, старательно не замечая смущения полицейского, который суетливо привстал, потом протянул ему не ту руку и только потом, кое-как перехватив бумаги, неловко ответил на рукопожатие.

— Я — Джеко Вэнс, — сказал он, изображая скромность. Столь же фальшивую, как это делала она, решила Мики. — Ужасная, ужасная история.

Вэнс отвернулся, от детектива, приветливо кивнул застывшему констеблю, опустился рядом с женой на диван и похлопал ее по колену.

— Все в порядке, Мики? — заботливо спросил он — точно так же он обращался к безнадежно больным.

— Мы как раз говорили о звонке детектива-констебля Боумен, — сказала она.

— Да, конечно. Простите за опоздание. В Вест-Энде пробка на пробке, — повинился он, и уголки его губ чуть дернулись в привычной виноватой улыбке. — Так чем я могу помочь вам, офицер?

— Миссис Морган передала вам просьбу констебля Боумен. Это верно?

— Совершенно верно, — уверенно подтвердил Вэнс. — Я позвонил по указанному номеру и поговорил с женщиной-сержантом, которую я напрочь забыл, как зовут. Я сказал, что если детектив-констебль Боумен подъедет ко мне домой в субботу утром между половиной десятого и часом, у меня будет время ее принять.

— Очень великодушно, учитывая, насколько вы заняты, — заметил Уортон.

Вэнс поднял брови:

— Когда могу, я всегда стараюсь помогать властям. Эта встреча никак не нарушала моих планов. В тот день единственным моим делом было заняться кое-какими бумагами, а потом, ближе к вечеру, поехать в свой коттедж в Нортумберленде. Видите ли, в воскресенье в Сандерленде мне нужно было вести благотворительный полумарафон.

Он небрежно откинулся на спинку дивана, ничуть не сомневаясь, что брошенное им мимоходом замечание найдет благодатную почву, вызовет доверие и станет лишним свидетельством в пользу его невиновности.

— Во сколько приехала детектив-констебль Боумен? — спросил Уортон.

Вэнс изобразил недоумение и повернулся к Мики:

— Во сколько это было? Помнишь, ты ведь как раз уезжала?

— Да, — кивнула она. — Должно быть, где-то около половины десятого. Возможно, Бетси сможет сказать точнее. В доме только она одна имеет какое-то представление о времени.

Она насмешливо улыбнулась. Ее позабавило, как легко этот полицейский согласился принять за чистую монету, что две телезвезды первой величины, ведущие популярнейших программ не обладают чувством времени и не умеют распорядиться каждой его секундой.

— Она застала нас уже в дверях. Джеко был наверху — ему позвонили. Я показала ей, куда пройти, и мы ушли.

— Ей пришлось ждать всего минуту-другую, — подхватил Вэнс. — Она извинилась, что побеспокоила меня в выходные, но я объяснил, что при нашей работе, по правде сказать, выходных вообще не бывает. А личное время — только урывками. Я правильно говорю, дорогая? — он с обожанием взглянул на жену и обнял ее за плечи.

— Урывками не столь уж частыми, — вздохнула Мики.

— Не могли бы вы сказать, о чем констебль Боумен собиралась с вами поговорить? — кашлянув, спросил Уортон.

— Хотите сказать, что вы не знаете? — встрепенулась Мики, в которой проснулся дремлющий журналист. — Сотрудник полиции проделывает путь от Йоркшира до Лондона, чтобы задать вопросы такому публичному человеку, как Джеко, и вы не знаете, ради чего?

Вся подавшись вперед, оперев локти с раскрытыми ладонями о колени, она, казалось, олицетворяла собой удивление.

Уортон заерзал в кресле и неподвижно уставился на точку в стене, прямо между двух высоких окон.

— Детектив Боумен была прикреплена к вновь образованному подразделению. Честно говоря, в настоящее время она не должна была вести никакой оперативной работы. У нас есть кое-какие соображения насчет того, чем она занималась, но пока мы не имеем надежного подтверждения. Нам бы очень помогло, если бы мистер Вэнс мог просто рассказать нам о беседе между ними в то утро.