– Обдумай сперва все, прежде чем произносить такое решительное «нет»! – посоветовал Франц Зандов с холодностью, за которой, однако, скрывалось достаточно ясная угроза. – Это еще одно требование, которое я предъявляю тебе. Если ты теперь же откажешь мне в исполнении его, наша совместная деятельность вообще станет невозможной. Ведь от меня зависит признать недействительным то, о чем мы договорились. Подумай об этом!

– Франц, но не хочешь же ты заставить меня…

– Я тебя ни к чему не принуждаю, я лишь заявляю тебе, что мы должны будем разойтись, если ты станешь настаивать на своем отказе. Если хочешь испытать последствия этого, то поступай, как знаешь, я же остаюсь при своем условии.

Он наклонился над письменным столом и, взяв несколько бумаг, положил их в бумажник. Густав молчал, устремив взор в пол; на его лицо набежала мрачная тень.

– И как раз теперь, когда сюда едет Фрида, – пробормотал он. – Нет, нет, этим я не могу пожертвовать.

– Ну, что же? – нетерпеливо обернулся к нему брат.

– Дай мне, по крайней мере, подумать. Это условие явилось для меня столь неожиданным… мне надо поразмыслить…

Франц Зандов был, видимо, очень доволен этой небольшой уступкой, хотя, правда, и не сомневался в том, что его нешуточная угроза возымеет свое действие. Поэтому он произнес:

– Хорошо! Неделей раньше или позже – не имеет большого значения. Надеюсь, ты возьмешься за ум и признаешься себе в том, что необходимо считаться с обстоятельствами. Ну, а теперь пойдем, нам уже давно пора ехать в контору. Да вот еще что, Густав, предоставь наши дела исключительно моему руководству и не действуй впредь по собственному усмотрению, не наделай новых глупостей.

К вечеру перед виллой остановился наемный экипаж, из которого вышла девушка в скромном дорожном платье и в сопровождении Густава направилась к дому. Фрида Пальм была юное создание со стройной хрупкой фигуркой и бледным, несколько испуганным лицом, которое скорее можно было бы назвать заурядным, если бы не живые темные глаза, светящиеся каким-то потаенным светом. У входа они неожиданно почти лицом к лицу столкнулись с Зандовым-старшим. Тот удивленно поднял брови, и Густав счел необходимым предупредить его вопрос.

– Мисс Пальм, – коротко представил он брату свою спутницу. – Она приехала по приглашению мисс Клиффорд. Я собираюсь проводить ее в отведенную ей комнату.

Вернувшись через пару минут назад, Густав нашел брата на прежнем месте.

– Я вижу, ты стал галантным кавалером? – с иронией заметил Франц Зандов.

– О, вовсе нет! Просто по желанию мисс Клиффорд я встретил на вокзале эту девушку, которой она интересуется, и проводил сюда, – объяснил он. – Тебе ведь известно, что я должен был освободиться сегодня раньше от занятий?

– Вот как? Значит, ты уже настолько завоевал доверие Джесси, что она дает тебе подобные поручения? – спросил Франц Зандов, видимо, очень довольный таким успехом своего брата.

В это время они уже поднялись по лестнице. Войдя в гостиную, Густав энергично принялся за дело.

– Мой брат уже видел вашу протеже, – обратился он к Джесси, – мы встретились с ним внизу у входа.

– Что это за новое знакомство, Джесси? – спросил Франц Зандов с необычайным для него интересом. – Я ничего не слышал ранее о нем.

Только теперь, когда дело подошло к первой лжи, Джесси почувствовала всю тяжесть взятой на себя обязанности; однако делать было нечего, она была вынуждена продолжать раз начатое и поэтому с некоторым смущением ответила:

– Это одна молодая немка, которую мне горячо рекомендовали в Нью-Йорке. Она приехала сюда поискать места компаньонки, и вот я захотела… я думала…

– Да, в своей чрезмерной доброте вы пошли далеко, – вмешался Густав. – Эта мисс Пальм, кажется, поистине молниеносно завоевала вашу симпатию. Представь себе, Франц, мисс Клиффорд оказала ей гостеприимство в своем доме и вполне серьезно намерена сделать ее членом нашего общества.

Джесси кинула на него возмущенный взгляд, но не могла отказаться от предложенной помощи.

– Совершенно верно, – сказала она. – Я пригласила к себе мисс Пальм на несколько недель, конечно, если ты ничего не имеешь против, дядя.

– Я? – рассеянно протянул Франц, ища глазами вечерние газеты. – Да ведь ты знаешь, что я никогда не вмешиваюсь в твои домашние дела. Тебе, конечно, будет приятно иметь около себя нового человека, в особенности, если у него достаточно хорошие рекомендации, поэтому устраивайся так, как тебе угодно.

С этими словами он вышел на террасу.

– Я видел, что должен прийти вам на помощь, – тихо произнес Густав, обращаясь к Джесси. – Вы совсем еще неопытны во лжи.

– Что это? Вы, кажется, еще упрекаете меня? – возразила ему Джесси, тоже понизив голос, который дрожал от гнева. – Впрочем, совершенно верно: я еще не обладаю такой виртуозностью во лжи, как вы.

– О, вы научитесь этому с течением времени, – совершенно спокойно произнес Густав. – В случае затруднений прошу всегда обращаться ко мне, тут уж я не упаду лицом в грязь.