Лиза гордо подняла голову. Что ж, если ей суждено умереть, она сделает это по-королевски... Ее мама даже болела с достоинством, значит, и она сможет не ударить в грязь лицом. Лиза поправила платье и выпрямилась.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем они спустились в зал, заполненный тамплиерами и усталыми после перехода людьми Брюса.

Почти сотня воинов устремили на Лизу любопытные взгляды, включая разгневанного Цирцена, который в эту минуту, казалось, действительно был готов ее убить. Зато король Шотландии смотрел на девушку с нескрываемым, хотя и непонятным ей интересом.

– Лиза! – воскликнул он и поспешил ей навстречу, протягивая руки. – Как я рад снова видеть тебя! Под покровительством Цирцена ты просто расцвела! Но я, признаться, на это и надеялся.

Брюс крепко обнял Лизу, и она уткнулась в его густую бороду, пропахшую запахом костра, быстро сообразив, что Цирцен успел предупредить его. Но когда король одобрительно похлопал ее по ягодицам, Лиза чуть не вскрикнула и попыталась отстраниться, но Брюс дружески усмехнулся ей и шепнул на ухо:

– Не смущайся, девочка. Цирцен мне все рассказал, и я рад, что он наконец нашел себе жену.

Жену? От этих слов у Лизы подкосились ноги. Неужели этот здоровенный варвар думает, что она выйдет за него, только чтобы остаться в живых? Лиза взглянула через плечо Брюса на Цирцена, стоявшего в пяти шагах от них, и его глаза красноречиво приказали: «Молчи и повинуйся!»

Хотя, с другой стороны...

– Так он сказал вам? А ведь обещал, что пока не будет объявлять об этом.

Если Цирцен действительно сказал это Роберту Брюсу, то она, конечно, воспользуется этим шансом, чтобы уцелеть.

– Не, не говорил. За него сказали его глаза.

Это в чьи же глаза Роберт Брюс смотрел? В тех, которые видела Лиза, таилась смерть.

Брюс, широко улыбаясь, легонько похлопал ее по низу живота.

– Ты должна быть плодовитой, как зайчиха. Нам нужно много сыновей Цирцена на этой земле.

Лиза вспыхнула. Оставалось надеяться, что король Шотландии не будет щупать ее грудь, чтобы определить, какой она станет матерью. Никто еще не прикасался к ней так бесцеремонно, как Роберт Брюс. За исключением Цирцена, конечно.

– Твой клан хорошо тебя воспитал?

– Да... то есть ага... – искренне ответила Лиза и снова покраснела.

Брюс, продолжая обнимать ее, одной рукой поманил Цирцена, и через секунду Лиза уткнулась лбом в грудь лорда Броуди, едва не задохнувшись от такого крепкого объятия. Брюс откинул голову назад и крикнул:

– Я отдаю тебе, лорд Броуди, руку моей кузины Лизы МакРобертсон!

И с этими словами король отступил, подтолкнув их друг к другу.

Потом он взял руку Лизы и, сжав ее пальцы в кулак, вложил в огромную ладонь Цирцена. В глазах лорда пылал гнев, по Брюс, казалось, абсолютно не замечал этого.

– С большим удовольствием передаю из рук в руки мою любимую кузину моему верному другу и рыцарю лорду Броуди и в приданое дарую четыре поместья, граничащие с его владениями. Свадьба состоится через три месяца в замке Броуди, и да здравствует будущая хозяйка замка Броуди! – прогремел Брюс, улыбаясь им обоим.

Зал огласился одобрительными восклицаниями, но Цирцен, сжав руку Лизы, только сердито глянул на нее.

– Не смей так смотреть на меня! – также сердито прошипела Лиза. – Я ему ничего не говорила, это ведь твои слова!

Воспользовавшись воцарившимся шумом и хаосом, Цирцен привлек ее к себе и прорычал:

– Не говорил я ему ничего! Король сам так решил. Теперь тебе придется либо за три месяца вернуться в свой век, либо стать моей женой и, поверь, ничего хорошего тебе это не сулит.

– Поцелуй невесту в знак согласия, Цирцен! – среди общего шума крикнул Брюс.

И только Лиза заметила гневный взгляд лорда, когда он грубо поцеловал ее.

Галан нашел Дункана в кухне. Тот лежал на полу и громко хохотал, держась за бока. Едва отдышавшись, он опять взрывался новым приступом смеха. Галан немного подождал, но, увидев, что брат никак не успокоится, ткнул его носком сапога.

– Может, хватит? – недовольно спросил он.

Дункан было приподнялся и постучал себя кулаком по груди, но это мало помогло, и он снова свалился в приступе хохота.

– Ты... ой, не могу... ты... видел его лицо?! – простонал он, держась за живот.

Губы Галана задрожали, но он закусил губу, чтобы не расхохотаться.

– Ничего смешного, Дункан, – строго сказал он. – Ведь теперь Цирцен почти прикован к этой девчонке.

– Почти? – переспросил Дункан и снова покатился со смеху. – Нет никаких «почти»!