Наконец Димка пришел в себя, утер ладонью окровавленный нос и… увидел Щеткина, который, повернувшись к нему лицом, с презрением смотрел на него. Колокатов не понял, что происходит. Он даже головой легонько потряс, чтобы стряхнуть с себя странное оцепенение.

— Петя?… Ты здесь? — Это было все, что он сумел выдавить из себя, потому что Щеткин нанес ему сильнейший удар левой рукой прямо в лицо. И тьма окутала сознание помощника заместителя генерального прокурора…

Очнулся он уже в центре Москвы в тот момент, когда машина, в которой он лежал так неудобно, поворачивала с Садового кольца на Цветной бульвар. Первым вопросом был:

— Куда вы меня везете?

— Заткнись, хрен моржовый, — грубо сказал Плетнев, не глядя на него, полулежащего на сиденье со связанными за спиной руками. — Яйца будем тебе щекотать. Вот этим.

Плетнев показал ему вынутый из ножен на поясном ремне широкий и зазубренный сверху десантный нож. Страшное оружие в умелых руках. Медленно провел перед самым носом, задев его холодной сталью раз, другой, и спрятал в ножны.

— Петя! — с тревогой воскликнул Колокатов. — Вы чего, с ума сошли?

Щеткин даже не обернулся, а Плетнев больно ткнул Дмитрия локтем в бок и прохрипел:

— Заткнись, падла…

И Колокатов решил про себя, что заткнуться — это для него сейчас самое лучшее. Но он по-прежнему не понимал, что с ним происходит, а главное, почему за рулем — Петька?! Он же в «Матроске»! Сбежал, что ли? И этот тип, что рядом, типичный уголовник… Нет, ничего нельзя понять… Похищение, что ли?…

И наконец догадался! Ну как же раньше в голову не пришло?! Они ж следили за ним! Небось, и в казино наблюдали, как ему сегодня везло… Вот и причина! Им его выигрыш нужен! Деньги забрать хотят… Но тогда почему этого сразу не сделали?… Он же чувствовал, что карманы его по-прежнему набиты пачками денег… Пистолет этот хрен вынул, а деньги не тронул?…

— Слушайте, может, вам мои деньги нужны? Так возьмите, чего базар не по делу устраивать? Все, что есть со мной…

— Заткнись! — рявкнул Плетнев и посмотрел на Колокатова таким свирепым зверем, что у того похолодела спина. — Еще вякнешь, удавлю, суку!.. — Помолчал и добавил с презрением: — А бабки свои ты нам сейчас будешь сам на коленях, в зубах подавать и лаять, чтоб взяли… Ничего, пощупаю я сейчас тебя, такого пухленького, сладенького… — Плетнев гнусно заржал. — А после в ножички сыграем… Ты умеешь в ножички? Я научу, это интересно, когда по маленькому кусочку отрезаешь… Визгу только много… Но ты же терпеливый, ага? Ты не будешь громко визжать, если я у тебя в кишочках покопаюсь?…

И от новой, совсем уже зверской ухмылки соседа Колокатову стало совсем плохо…

Но все равно что-то у него в голове не складывалось. И прежде всего, присутствие Петьки… Однако задавать новые вопросы он уже опасался. Да и сосед давил слева так, будто ему было тесно на заднем сиденье. И лицо болело. Нос был забит, и дышать приходилось ртом, но при этом остро болели разбитые губы. И вообще, он так и не мог понять, за что?!

О человеке по имени Юрий Николаевич и мысли в голову не приходило, будто его и не было никогда. А ведь действительно, можно сказать, что и не было. Кто докажет? Дело уже сделано. Или будет сделано, что одно и то же…

Но, может, это все-таки с ним как-то связано? Нет, вряд ли. Им же не должно быть ничего известно, а он, Дима, не дурак, чтобы выбрасывать информацию против себя. Тем более этого не сделает и Юрий Николаевич, ему он, Дима, еще не раз понадобится. Наверняка. Таких помощников не сдают. Их, наоборот, холят и лелеют. Лишь бы они продолжали сидеть на своих стульях…

Так что же, значит, к уголовникам попал? И тут осенило!

Ну конечно, как же сразу-то не сообразил?! Сам Петька из «Матроски» сбежать не мог! Наверняка этих двоих везли на допрос, а их дружки спроворили им побег. А что? Самое, по нынешним временам, обычное дело. Впервые, что ли? И вот они на свободе. Кого им надо искать в первую очередь? Ну, у Петьки одна заноза — он, Димка. Могли и проследить, особенно в казино. И его «бабки» их, конечно, соблазнили… Ну так возьмите, предлагал же!..

А может, они хотят отнять все?! И это есть прямая Петькина месть ему? Вполне может быть, тем более когда в паре такой уголовник… Да, скорее всего, именно так. Они же не любят оставлять жертве хоть что-нибудь… Неужели придется отдать все?! Но они же не знают, сколько у него счетов и в каких банках они размещены… Тут наверняка можно будет поиграть. Но дайте срок, ребятки, дайте только освободиться, он им покажет кузькину мать! Такую, что им надолго запомнится…

И Колокатов стал строить планы своей яростной мести этим подонкам, среди которых оказался, конечно, и Петька. Всегда был дерьмом и неудачником, а то, что сейчас происходит, — лучшее тому подтверждение… Ничего, ничего, успокаивал он себя, еще не вечер… Еще посмотрим, на чьей стороне будет выигрыш!

Ах, как неудачно получилось: такой выигрыш, такой фарт — и… Да, чем-то сегодня он не угодил Господу…

Старая и бесспорная истина: ковать железо надо, пока оно горячее…

Ахмед Датоев, после того как поступили из Грозного первые материалы на него вместе фотографией из уголовного дела по взрывам домов, был «разогрет» теми, кто его допрашивал с особым пристрастием, до такой степени, что не воспользоваться такой ситуацией было бы недальновидно. И Владимир Федорович Яковлев, прошедший в своей профессии сыщика все ступени от простого опера до начальника МУРа, как никто другой понимал, что сейчас время работает против задержанного, а дальше может случиться наоборот. Замкнется и — доказывай. То есть доказывать-то все равно придется — детально, поэпизодно, документируя каждое произнесенное преступником слово, однако делать это гораздо легче, когда знаешь уже, что конкретно надо доказывать.