На следующий день поднялась песчаная буря, и караван не мог сдвинуться с места. Холодный ветер поднимал тучи мельчайшего песка, забивался в ноздри и глаза. Не спасали даже полотняные маски. Песок был везде, в одежде и под одеждой, в волосах, в ушах и в носу. Он скрипел на зубах и сушил кожу. Казалось, что он даже под кожей. Легче всех перенес бурю Глук. Айор поднялся в воздух и исчез. Вернулся он, только когда буря стихла, к вечеру второго дня, с трудом найдя караван по полузасыпанным песком верблюдам. Люди сидели рядом с животными, укрывшись с головой своими плащами и не имея возможности ни развести огонь, ни поесть. Через два дня, когда буря стихла, люди зашевелились, выползая из своих укрытий. Один за другим, стряхивая с себя кучи песка, поднимались верблюды.

Не досчитались пяти верблюдов и троих людей. После упорных поисков обнаружили копыто одного из верблюдов у основания нанесенного ветром за два дня бархана. И люди, и животные оказались засыпаны толстым слоем песка. Все они погибли, задохнувшись под тяжестью бархана. Владиславу стало понятно, почему Свичар требовал от людей каждые два часа вставать, поднимать упирающихся животных и переходить на новое место. Эти трое, по всей вероятности, уснули — и больше не проснулись. Измученные вынужденным бодрствованием люди, наспех утолив жажду и голод, падали без сил и засыпали. Утром не встал еще один. Красное распухшее лицо явно указывало на укус пустынного скорпиона, как их окрестил Владислав. Насекомое больше походило на сороконожку с загнутым наверх хвостиком, конец которого оканчивался маленькими хитиновыми челюстями. Как и все коренные обитатели планеты, это насекомое имело "кусающийся хвост", к тому же ядовитый.

Наспех похоронив погибших, караван двинулся в путь. К вечеру Ворчун остановил своего верблюда и рукой указал подъехавшему агенту на соседний бархан.

— Вон там.

Владислав тронул своего верблюда, но животное захрапело и не тронулось с места.

— Не пойдут они, — пояснил Ворчун. — Дверь защищена низкочастотным излучением, а верблюды его чувствуют очень хорошо.

— А, черт, — ругнулся Раденко и, перекинув ногу, спрыгнул вниз, не дожидаясь, когда дрессированное животное опустится на колени.

Утопая по щиколотку в песке и съезжая вниз, он не удержал равновесие на крутом склоне и, плюхнувшись на мягкое место, заскользил вниз, увлекая за собой целый поток песка, и сопровождаемый улыбками многочисленных свидетелей, его неуклюжести. Торопливо поднявшись, он, не отряхиваясь, бегом кинулся вокруг бархана. Караван остановился, и люди начали устраиваться лагерем. Владислав смотрел под ноги в поисках песчаного сурка. Наконец он заметил след и пошел по нему. Убедившись, что след обрывается, исчезая в бархане, Владислав обернулся и помахал рукой, подзывая спутников. Первым рядом опустился Глук, затем подошли все остальные.

— Мать вашу, — вдруг послышались ругательства разозленного Ворчуна. — А меня что, значит, здесь бросили? Ведь знаете, что я не могу ходить, и эта скотина тоже с места не двигается. Ну да, конечно: Ворчун всех привел, всем все показал, теперь он никому не нужен. Вот она, человеческая благодарность. "Мавр сделал свое дело, мавр может уйти"… — Ворчун, похоже, не на шутку разозлился.

Степан и Глук, не сговариваясь, одновременно пошли к верблюду, на котором все еще бесновался Ворчун.

— Не подходите ко мне! — рявкнул Ворчун, когда его попытались снять с верблюда. — Буду здесь сидеть до скончания века, и пусть мои бедные косточки и косточки вот этого несчастного животного лежат здесь вечным укором, как памятник неблагодарному человечеству.

— Ворчун, — оборвал его, улыбаясь, Глук, — у тебя же нет косточек.

— А твое какое дело? Бэтмен… — огрызнулся Ворчун.

Айор не понял этого странного слова, но нотку иронии, проскользнувшую в голосе компьютера, понял прекрасно. Он отвернулся и неторопливо направился назад. Молчавший до сих пор Степан развел руками и пошел следом.

— Эй!… Куда пошли? — испуганно заорал им вслед Ворчун. — Я же пошутил…

Степан с Глуком переглянулись.

— Тебе нужен этот хам? — подмигнул Глук.

— Ни… нисколько, — пушкарь охотно включился в игру.

— Тогда пошли, пусть занимается своими "бедными косточками".

— Ну ребята, ну куда же вы? Я же пошутил, — захныкал Ворчун.

— Тогда больше не хами, — обернулся к нему айор.

— Не буду, не буду, — Ворчун, в притворном раскаянии, прикрыл манипулятором свой динамик. — Молчу…

Вскоре Глук со Степаном, взяв с двух сторон за ручки ящик, в котором находился Ворчун, понесли его вниз. Ворчун, перебирая пальцами манипулятора, изображал идущего.

— Хочу ноги, — заявил он категорично, когда его поставили рядом со стоящими людьми.

— Тсс… — шикнули на него.

Владислав, набрав в легкие воздуха, шагнул прямо в бархан — и исчез. Все затаили дыхание. Эстер собиралась уже шагнуть следом, когда из песка прямо на людей выскочил песчаный сурок. Увидев людей, он на секунду замер и, обиженно заверещав, юркнул в сторону. Девушка взяла за руку Святослава и бесстрашно шагнула в бархан, увлекая князя за собой. Вслед за ними рискнули и все остальные.