– Какие еще проблемы? О чем ты?

– О чем я? А то ты не знаешь!
– Вика фыркнула.
– День ото дня ты становишься все мрачнее и нелюдимее. Олег сказал, что когда мы получили заказ на этот развлекательный центр, у тебя был такой вид, будто вот-вот вывернет наизнанку. Могу засвидетельствовать, что сейчас у тебя такой вид, словно тебя уже давно вывернуло наизнанку, пропустило через пару камнедробильных машин и выплюнуло ошметками, которые никак не могут найти в себе силы признаться, что их перемололо. Сейчас ты прикидываешь в какую бы щель поглубже забиться, чтобы не работать на эту контору, а может быть, чтобы вообще больше не работать... Тебе не кажется, что пришло время для небольшой дружеской беседы?

Девушка остановилась и окинула зал внимательным взглядом.

– Вот, кстати, и еще одно подтверждение.

– Что - подтверждение? Чему?

– Раньше у тебя получалось куда лучше.
– Вика коротким пренебрежительным взмахом руки очертила ряды столиков.
– Это же дешевка, штамповка, школярская работа. Такое рисуют студенты в качестве первой курсовой.

Анатолий стиснул зубы. Послать бы сейчас на три буквы эту настырную девку, которая сует любопытный нос совсем не в свое дело. Но послать всегда успеется, а вот разузнать откуда она узнала пароль доступа - дело первостепенной важности. Он записал его где-то? Когда? Где? Почему он не помнит об этом?

Пересилив себя, он спросил:

– Выпьешь? Что тебе принести?

– "Кровавую Мэри". И лучше не одну, хотя... Знаешь, нам предстоит долгий разговор, но я бы предпочла все же не здесь. Это далеко не самое лучшее твое творение. Может поговорим в каком-нибудь более приятном месте? Я знаю чудесный бар. Тебе должно понравиться.

Он в этом сомневался. С другой стороны, вполне может выйти так, что из девчонки, на которую он раньше и внимания особого не обращал, получится собеседник, которого ему недоставало. Бывают и не такие чудеса в жизни.

Ровные вереницы букв и цифр. Хлопьями черной сажи падают они на белоснежные листы, оседают ровными строчками на экране монитора и застывают, ожидая пока квадратик курсора не вернется к ним снова. Если он вообще вернется.

Люди придумали множество безусловно полезных приспособлений, чтобы упростить ввод информации в компьютер. Редкий школьник может похвастать сейчас тем, что видел перфокарту. Системы распознавания голоса распространились повсеместно, ими пользуются и в реале, и, тем более, в глубине, но согласно опросам подавляющее большинство опытных пользователей предпочитают все-таки клавиатуру.

Опыт приходит со временем и, такие как мы, становятся анахронизмами, медленно, но верно уходя в прошлое. Мы, старые упрямцы, все цепляемся за то, что давно уже отжило свой век, недовольно ворчим и грозим пальцем подрастающему поколению. Никто из нас на самом деле не доверяет компьютерам в полной мере. Когда я настраиваю свой текстовый редактор, то первым делом отключаю все эти поганые макросы, автонумерацию, подстановку даты, переносы и выравнивание строк по правому краю, замену привычного "двоеточие-скобка" на графическое изображение ухмыляющейся рожицы...

Мне не нравится, что компьютеры становятся слишком самостоятельными, потому что я знаю: когда-нибудь они будут уметь делать больше, чем люди и тогда уже мы с вами превратимся в дополнение к этим машинам, а вовсе не наоборот. Это лишь вопрос времени. Уже сейчас я с трудом вывожу свою роспись на листе бумаги. Написать ручкой пару предложений? Нет проблем, но ни вы, ни даже я сам, не сможете разобрать написанное. Процесс уже начался, и все это стало лишь вопросом времени.

Я дописал предложение, сохранил файл, полюбовался с полминуты на творение рук своих и решил сделать перерыв. Потянулся, включил чайник, выглянул в окно, где в холодной осенней ночи с небес робко проглядывали тусклые звезды... В крупных городах звезд из-за смога почти не видно.

Потом я задернул блекло-желтые шторы, прислушался к безумолчному тарахтению клавиатуры в гостиной - сегодня очередь Соломы разгуливать по виртуальному городу. Я взял у него старенький ноутбук, потому что должен был закончить статью к началу следующей недели. В конце концов гонорар, пусть и копеечный, мне не помешает. Приближение зимы традиционно заставило зашевелиться коммунальщиков, которые отреагировали на него единственным в совершенстве освоенным ими способом, - снова повысили тарифы на отопление. Нам с Соломой придется покрутиться, чтобы оплатить счета. Я даже начал подумывать о том, чтобы снять пару сотен со счета Котенкова и Ко.

Чертовски хотелось курить, но я в очередной раз пытался бросить и только тоскливо посмотрел на пачку "Winston Lights" с двумя оставшимися сигаретами. Моя норма на сегодня почти исчерпана.

Чайник зашипел и принялся изрыгать пар, грозно клокоча. Хорошо-хорошо, сейчас! Я выключил его и плеснул в кружку кипятку. Недопитый кофе превратился в почти безвкусную бурду светло-коричневого цвета. Отхлебнув, я поморщился. Ладно, почему бы и не закурить? Одну сейчас, а одну перед сном.

Потянувшись за сигаретами я расплескал кофе, обжегся и тихо выматерился. Потом выматерился еще раз, когда обнаружил, что промочил сигареты. Пришлось идти в гостиную, доставать и распечатывать новую пачку.