Ого! Подруги про себя просто восхитились. Оказывается, рафинированная сплошь от кончиков ногтей до пяток мадам Матюшина сумела спеться со Светкой, которая при всех ее амбициях была девушкой простой, разве что не от сохи. Вот что делает общее несчастье. Даже такие противоположности и то сдружились.

— У Светочки погиб близкий человек! — продолжала возмущаться мадам Матюшина. — Нужно же понимать! Войти в ее положение! А этот мужчина… Он не желает ничего слушать!

— А чего говорит-то?

— Лучше бы вам этого не знать!

— А все-таки?

— Упрекает бедную девочку, что она его обманула.

— В чем? Не доставила тело мужа в город в условленный срок?

— Не только.

— А что еще?

— Толком я не поняла, — призналась мадам Матюшина. — Слышно было не очень хорошо.

И уже с откровенной досадой в голосе добавила:

— Подумайте только! В гостинице никаких удобств, а звукоизоляция просто изумительная!

— Но что-то вам все же удалось услышать?

— Что-то удалось, — согласилась вдова профессора. — Он упрекал Светочку, что она не выполнила их договор.

— Договор?

— Да.

— А что за договор?

Мадам Матюшина просияла. Похоже, долгое одиночество стало сказываться на ней. Ее потянуло общаться с людьми. И потому возможность посплетничать с подругами она восприняла чуть ли не с восторгом. И, усевшись поудобнее, сделала знак подругам последовать ее примеру и начала свой рассказ:

— Дело было так!

Едва прибыв в гостиницу, где его с трепетом ждали, Костик выгнал остальных девочек вон из номера. И остался наедине со Светой. Мадам Матюшина невольно навострила ушки. Но ничего такого, о чем она подумала, не произошло. Костик сексуальных требований к Светке не предъявлял. А желал всего лишь разговаривать.

— Светочка была страшно напугана. Она твердила, что ни в чем не виновата. Что муж все оставил своей любовнице. А теперь все вещи находятся у милиции.

— Муж? В смысле художник?

— У Светочки только один муж, — с достоинством и даже вроде бы оскорбившись за подругу произнесла мадам Матюшина. — Был. А этот Костик… Он ей не муж никакой. Но как себя ведет! Мой собственный муж, хотя мы и прожили с ним почти двадцать лет, никогда себе таких грубостей в отношении меня не позволял.

— Профессор был человеком высоких этических норм.

— М-м-м… Вы думаете? Ну да, конечно, так оно и было. Но не о нем сейчас речь! Так вот! А этот Костик… Этот Костик просто орал на Светочку.

— Что именно орал?

— Я не могу этого произнести вслух!

— Ну, хотя бы приблизительно! — взмолилась Мариша, которой уже начала надоедать мадам Матюшина.

— Он ее оскорблял! Кричал, что она жуткая дура. Что ей ничего нельзя поручить. Что она загубила плевое дело. И раз она не выполнила свою часть договора, то он не видит смысла, чтобы выполнять свою.

— А в чем она заключалась?

— Я так поняла, что этот Костик должен был оплатить похороны Светочкиного мужа. И все такое прочее.

— И не захотел?

— Нет.

— Потому что Света не выполнила условия их договора?

— Вот именно!

Мариша переглянулась с Катей. Странно. Черт возьми, что за договор существовал между этим Костиком и Светкой? О чем они там могли договариваться?

— А теперь девочки вернулись, не ночевать же им на улице, и этот Костик никого в номер не впускает и не выпускает. Честное слово, он какой-то диктатор. Я просто боюсь за Светочку и девочек. Кто его знает, этого мужчину, что у него на уме! Вот, к примеру, мой собственный муж…

Но подруги не были расположены сейчас слушать воспоминания вдовы о профессоре Матюшине. Их обеих крайне заинтересовала личность Костика.

— Надо бы разузнать поподробней, чего он так разоряется? — прошептала Катька.

И Мариша с ней целиком и полностью согласилась. Но как это сделать? На откровенность самого Костика нечего было рассчитывать. Светка и остальные девчонки находились сейчас под его контролем и рассказать тоже ничего не могли. И подруги впервые за долгое время даже немного растерялись.

— Ничего. Будем ждать.

И, усевшись возле двери, подруги принялись ждать. Время шло. В гостинице все устраивались на ночлег. И мадам Матюшина несколько раз предлагала подругам прилечь на свободные кровати. Но они продолжали нести свою вахту. И наконец вдове надоело их ждать. Она забралась в постель и захрапела совсем не гламурно.

А подруги все ждали. Чего? Они и сами толком не могли объяснить. Но внезапно сквозь похрапывания мадам Матюшиной расслышали другие, такие долгожданные звуки. Открылась дверь номера, где была Светка с девочками. И раздались тяжелые мужские шаги в коридоре.