Мариша при этом ерзала на сиденье, словно чего-то знала, но ничего не говорила.

— Ты чего молчишь? — приставала к ней Катька.

Но Мариша лишь трясла головой и выразительно косилась в сторону Роберта. И наконец, когда тот на заправке вышел, она торопливо прошептала:

— Я рассказала ребятам о том телефонном разговоре Костика. И они заинтересовались.

— Чем?

— Тем человеком, к которому Костик собирался везти сегодня Светку.

— Заинтересовались? А что же они предприняли?

— Сергей поехал…

Но тут Мариша увидела, что к машине направляется Роберт, и снова замолчала. Катька к ней больше не приставала. Она и так если не все, то многое поняла без лишних объяснений. Сергей надеется выполнить задание, с которым не удалось справиться покойнику Вениамину, — поймать таинственного заказчика ворованных из музеев живописных полотен. А выйти на него ребята надеются через Костика и Светку — эта парочка выглядела на редкость подозрительной. И в любовь Костика к Светке ни Катя, ни Мариша не верили ни на грош.

А вот какое Костику дело до того, похоронит Светка своего мужа или даже не почешется на этот счет, — это интересно.

С такими мыслями подруги доехали до города. Роберт проводил их до дверей Маришиной квартиры. И, лишь убедившись, что все у них в порядке, попрощался и уехал.

— Еще увидимся, — сказал он на прощание.

Катя осталась у Мариши. Ей хотелось более подробно выяснить у подруги, куда поехал Сергей. И еще нужно было рассортировать вещи, так как в деревне впопыхах подруги покидали все вещи, не разбирая, где чьи. Но стоило им этим заняться, как тут же зазвонил домашний телефон.

— Это мама, — посмотрев на определитель номера, сказала Мариша и сняла трубку.

Некоторое время она слушала молча. Катька лишь слышала, как из трубки доносится взволнованный голос Маришиной мамы. Но потом Мариша побагровела и завопила:

— И все совсем не так! Что она врет?! Не оставляла я дядю умирать на улице! И тетке в помощи не отказывала! И вовсе я не бесчувственная и не бессердечная. Что там с дядей? Ах, он уже на работу пошел! Безобразие! Ничего серьезного с ним и не было!

Трубка продолжала что-то говорить. И Мариша нахмурилась еще больше.

— Ни в какую больницу я сейчас не поеду! И прощаться я с ней не буду! Не верю я, что она при смерти! НЕ ВЕ-РЮ!!! Такие, как тетка Сима, не умирают, пока вокруг есть люди, которых они могут мучить!

И, бросив трубку, она воскликнула, обращаясь к Катьке:

— Ты только представь себе, что устроила моя тетка!

— Что же?

— Устроилась в больницу. Дескать, у нее нервное расстройство. Уверена, что она сделала это специально!

— Чтобы отомстить тебе за то, что ты задержалась в монастыре?

Мариша молча кивнула. И внезапно ее лицо просветлело.

— Что же, — пробормотала она и весело хихикнула. — А ведь у этой истории есть и положительная сторона.

— И какая же?

— Раз тетка Сима в больнице, то мои монастырские покупки не пропадут. Больной тетечке пригодится и платочек, и тапочка. Скажу маме, чтобы сегодня же отвезла их тетке.

— Пусть лежит!

— Пусть лечится!

И, переглянувшись, подруги весело засмеялись.

Новостей от Роберта и Сергея не было целых три дня. Подруги уже начали думать, что про них просто забыли, но ребята все же им позвонили. Вернее, позвонил Роберт. И велел обеим подругам явиться к ним завтра ровно к девяти часам утра. И хотя для этого обеим подругам нужно было встать едва ли не в семь утра, чтобы успеть привести себя в порядок, но ни Катя, ни Мариша жаловаться не стали.

И ровно в девять ноль-ноль они уже стояли у проходной в ожидании Роберта. Он пришел и провел подруг наверх в свой кабинет. Там уже сидел Сергей, который при виде Катьки внезапно просиял и начал хлопотать возле нее, то придвигая самый мягкий стул, то выясняя, не жарко ли ей, не дует ли из приоткрытого окна и не хочет ли она кофе или чаю.

В общем, признаки влюбленности, как с удовлетворением констатировала Мариша, никуда не делись. А даже усилились. И это давало Марише определенную надежду на то, что Катька долго одна не останется. Вот только сама Катька вела себя как-то странно. Обычно готовая улыбаться каждому подонку и заигрывать с придурками и убийцами, сейчас Катька сидела чуть ли не с каменным лицом. И лишь вежливо улыбалась Сергею, принимая все знаки его внимания как нечто само собой разумеющееся.

— Вы нас зачем позвали? — произнесла она наконец. — Нужно снова дать показания?