Дверь за ними закрылась, и я взглянула на Кена Бранена:

– Ну и тип!

Он кивнул:

– Удивляюсь, почему старина Боб не послал его подальше... в море... Я бы так и сделал.

– Боб забыл свой пирог, – со слезами на глазах сказала Молли. Она взяла пирог, и вид у нее был такой, словно она сейчас бросится вслед за ними.

– Оставь, – буркнул Кен. – Я ему отнесу завтра утром. После того как его друг "адмирал" выйдет в море. Если выйдет. Никогда раньше не слышал, чтобы он ходил на "Мистрали". А ты, Молли?

– Нет, разве что с мистером Дэвидом. Он передумает завтра утром. Боб не сказал ему, что надвигается шторм, было предупреждение со станции берегового патруля.

Кен нахмурился:

– Да, верно. Предупреждение было. Ручаюсь, у Боба вылетело из головы, так он обозлился. Тут он дал осечку. Ну что ж, вот и решение проблемы – Клайв завтра никуда не пойдет на "Мистрали". Хуже его нет моряка у нас в доме, даже если включить в список мисс Изабель, которую укачивает уже в гавани Тригони...

Мой кофе остыл, да и пить его расхотелось. Я вышла, оставив Кена и Молли, которые продолжали тихо переговариваться, и направилась к себе наверх...

Извержение воды из вентиляционной трубы под моими окнами вновь разбудило меня ночью. Звук был сильнее, сопровождался более резким свистом. Я лежала, прислушиваясь, размышляя, этот ли именно звук разбудил меня или какой-то еще посторонний шум, непривычный мне. Я замерла, вслушиваясь в удары и шорох волн, равномерный шум дождя и низкое завывание ветра, обрушивавшего свои порывы на стены "Вороньего Гнезда".

Мне стало холодно, и я, задрожав, натянула повыше одеяло. Шторм, о котором говорил Кен Брайен, начался. И вода как раз стала подниматься – прилив. Я не сомневалась, что шторм пришел с севера и скорее из Арктики, а не от Северной Канады.

Но даже беснующиеся волны и выбросы воды из подвала не производили такого оглушительного грохота, который я слышала прошлой ночью. Сам выброс, если судить по силе звука, достигал высоты защитной стены, от которой я смотрела вчера на болтавшийся в воде плащ.

Лежа в кровати, глядя на раздувающиеся шторы, я пыталась себя успокоить и заставить встать, чтобы подойти и закрыть окна. Я думала о том, где сейчас этот плащ. Наверное, его погребла груда водорослей в какой-нибудь глубокой яме или утащило в открытое море. Вряд ли снова придется его увидеть.

Шторы надулись парусами, дождь свирепо хлестал по стеклам, и я, неохотно выскользнув из-под одеяла, дрожа в тонкой ночной рубашке от холода, раздвинула мокрые занавеси и закрыла окна. При этом я промокла. Дождь с ветром ударили в лицо, и холодные капли покатились по рукам. За окнами снова раздался свист, и я увидела, как сразу поднялся вверх белый столб. Я не могла разглядеть внизу море, хотя слышала, как оно ритмично бьется волнами о прибрежные скалы.

Закрыв окна, я хотела зажечь свет. Щелкнула выключателем – и ничего не произошло. Электричество было отключено. Опять повреждения на линии из-за непогоды, решила я, постояла у двери, привыкая к темноте и пытаясь сориентироваться в незнакомой обстановке. Надо было отыскать комод с ящиками, где лежали ночные рубашки. Я ругала себя, что не взяла фонарик в "Воронье Гнездо".

Припомнив, где находится комод, я уже двинулась в ту сторону. Но вдруг застыла на месте. Кто-то подошел к моей двери по темному коридору. Он двигался осторожно, но целенаправленно.

Я застыла, испуганно прислушиваясь, но и шаги замерли за моей дверью. Подавив в себе желание крикнуть, громко спросить, кто там, – мой голос сейчас не повиновался мне, – я стояла, чувствуя, как сильно бьется мое сердце, а дрожь, охватившая меня, была уже не от холода. Где-то за мысом Колдрон глухо прогремел гром, и немного времени спустя за окнами полыхнула молния.

Но я слышала только чье-то тяжелое дыхание за моей дверью, потом шаги стали удаляться с той же зловещей решительностью. Я перевела дыхание. Вспомнила, что заперла дверь на ночь, перед тем как лечь. Я потрогала, повертела дверную ручку, дверь была заперта.

Я прислонилась к ней спиной. По-видимому, кого-то тоже разбудил шторм. Может быть, Дэвид ходил закрыть окна в комнате Робин? Я прислушалась. Конечно, это был Дэвид. Но шагов больше не было слышно, или они были заглушены толстым ковром. Теперь я слышала только шум моря и порывы ветра с дождем.

Я посмеялась над своим страхом и пошла на ощупь искать комод. Сначала мне попадалась другая мебель, я то и дело спотыкалась; кругом царила полная темнота. Вот, наконец, и комод. Я никак не могла отыскать нужный ящик. Сначала нашла халаты, белье – совсем замерзла, пока искала, – тут мои пальцы нащупали кружева, и я вытащила рубашку. И тут же подпрыгнула от быстрого короткого звонка, раздавшегося в моей комнате, я выронила рубашку от неожиданности.