В комнате повисла тишина.

Дженни поняла, что все ждут, когда она заговорит. Но она не знала, что сказать. Как будто бы чья-то ледяная рука стиснула ее мозг и медленно сковывала его.

Она вся дрожала. Она терпеть этого не могла.

– Кому ты проговорилась об этом, Дженни? – спросил Ричард уже более спокойно и дружелюбно.

Она бросила на него взгляд.

Мэйбрэй продолжал в упор смотреть на нее.

– Доктору Хобарту, – выдавила она. – Я сообщила ему об этом за завтраком.

– Хобарту! – вырвалось у Ричарда. Кузен даже подскочил на кресле.

– Кому-нибудь еще? – спросил Мэйбрэй.

– Анне. Она в тот момент была на кухне. Она могла слышать нас.

– Ну как? – повернулся детектив к Ричарду.

– Если знала Анна, то она передала Гарольду, так? – Он обратился к старику.

– Да, сэр.

– Почему же вы нам не сказали об этом, а? – поинтересовался полицейский.

– Я не знал, что Дженни обвинят в подобном преступлении, – ответил слуга. – Вы не дали объяснения своим довольно необычным методам, когда пригласили ее вниз.

– Вы сообщили Коре, так? – обратился Ричард к старику.

– Да.

– Гарольд – один из тех старомодных слуг, кто считает своим первейшим долгом сообщать обо всем хозяйке или хозяину дома.

– Все ясно, – произнес полицейский, сидящий на кушетке. Он захлопнул свой блокнот.

– Не все, – возразил Мэйбрэй. – Каждый должен предоставить нам свое алиби, сообщить, что он делал в момент убийства. Если из этого ничего не прояснится, тогда все.

– Когда это случилось? – спросила Дженни.

Мэйбрэй сообщил:

– По словам судмедэксперта, между двенадцатью тридцати и двумя часами.

Девушка чувствовала, что детектив все еще настойчиво вглядывается в ее лицо.

– В четверть первого у меня был небольшой ленч. Я сидела в кухне и болтала с Анной до часу.

– Затем?

– Потом я отправилась в библиотеку и находилась там вместе с доктором Хобартом почти до двух. Он пригласил меня на сеанс гипноза с Фрейей. Сеанс прошел неважно. Я расстроилась и сразу после этого направилась к себе.

– В два она была в своей комнате, как и говорит, – подтвердил Гарольд.

– Это так? – В голосе Мэйбрэя прозвучало сомнение: детектива не убедишь без предоставления фактов.

– Да, – невозмутимо произнес Гарольд, не обратив внимания на грубость полицейского. – Я возвращался из комнаты Коры после того, как отнес ей поднос с ленчем. Я видел, как Дженни вошла в свою комнату и закрыла за собой дверь. В последующие полчаса она не спускалась. В это время я как раз полировал перила лестницы.

– Я – чиста? – поинтересовалась Дженни.

– Как родниковая вода, – ответил Мэйбрэй.

– Тогда это сделал волк, – сделал вывод второй офицер. – Я с самого начала утверждал, что это не убийство.

Детектив Мэйбрэй обратился к Ричарду:

– Вы все еще уверены, что это совершил кто-то другой, а не волк?

Ричард вздохнул и откинулся на спинку удобного кресла.

– Я не знаю. Я был настолько уверен... Так много странного произошло. Но может быть, это и в самом деле волк. А возможно, это совпадение, из-за которого все остальное кажется липой, когда в действительности все совершенно не так. Больше я ничего не могу сказать.

– Ладно, пригласим сюда миссис Браккер и кухарку. Посмотрим, смогут ли они подтвердить свое алиби.

– Я могу поручиться за Анну, – проговорил Гарольд. – Если вы посмотрите на то, что она приготовила, вы убедитесь, что она не могла ни на минуту покинуть кухню и дом.

Через несколько минут Мэйбрэй опросил Кору и Уолтера и удостоверился, что у этих двоих тоже железное алиби. С ними он вел себя так же холодно, как и с Дженни. Казалось, он надеется напугать кого-то, говоря о том, о чем они могли умолчать.

– Первое, что следует сделать, – теперь Мэйбрэй обращался ко всем более любезно, так как он знал всех присутствующих в комнате и более-менее мог доверять им, – так это организовать охоту на волка. Одному богу известно, что может произойти в более заселенных районах. Его надо поймать. Я выделю два отряда конных полицейских. Вместе со своими обученными лошадьми они прибудут сюда утром. Вы можете попросить соседей принять участие в поиске животного. Через день зверя обнаружат.

– Да, надо сделать именно так, – согласился Ричард.