— Как с депутатом?

Киллер ответил с пятиминутной выдержкой. В меру почтительно, в меру дерзко.

— Еще во Франции говорил: политиками не занимаюсь. Доход — мизерный, зато опасность залететь — дай Боже какая. Нет ни малейшего желания снова сидеть в Матросской Тишине, потом — на зоне. Если — не к стенке.

Высказался и замер. Знал бешенный норов собеседника. Вполне может забыть и о гостинице и о неминуемом разоблачении. Правая рука незаметно подобралась к рукояти спрятанного за брючным ремнем пистолета.

Но Монах не заорал, не полез в карман за оружием — миролюбиво усмехнулся. Будто погладил по головке расшалившегося малыша. Причина необычной доброты босса плавает на поверхности. Киллер ему нужен, очень нужен!

— Еще раз повторяю: отказаться не получится. Придется в очередной

раз отметиться. Другие варианты не сработали. За истекшие полгода что

только мы не делали: подкладывали в легковушку паршивого сявки

взрывпакеты, пытались достать его у любовницы, в загородном доме, по

дороге в Думу. Ничего не получилось. Вся надежда на тебя… Только не

кокетничай, терминатор, не изображай святую невинность! — мягко прикрикнул

он. — Знаю ведь — ищешь подходы… Нашел?

Собков сделал вид — поправляет отклеенный ус. На самом деле спрятал злую усмешку. Кажется, коса нашла на камень, хитрость столкнулась с хитростью. Придется приоткрыться.

— Ну, если так… Если сговоримся о гонораре… Не стану скрывать — искал. И, кажется, нашел. Повезло… Хлипкий подходец, но — что есть, то есть. Сеструха моей «супруги» пригласила нас на свадьбу, выходит замуж за депутата. Проболталась — торжество посетит Пушкарев. Лучший друг жениха.

Услышав о предстоящей свадьбе, «Робинсон» поднялся с кресла. По обыкновению, спотыкаясь, взволнованно заходил по комнате.

— Удача! Вот это удача! Только не торопись, милый, очень прошу тебя — не торопись. Заглотнет рыбина крючек — поводить нужно, дать возможность порезвиться на воле, уж потом — дернуть посильней. Сечешь?

— Тоже так думаю… Но это возможно только после ликвидации Ахмета. Приходится гримироваться, изображать то ученого, то вшивого студента. Какой уж тут депутат!

— Понимаю. Поскорей ликвидируй кавказца. Время не терпит, приходится медленно… торопиться, — Монах испытующе оглядел невозмутимую фижиономию «профессора», нерешительно наморщил гладкий лоб. — Наберись терпения, послушай старика… То, что скажу, поможет тебя безопасно и, главное, надежно охомутать депутата, развесить на его ушах шикарную лапшу… И не только на депутатских, но и на ментовских — тоже!

Александр глубоко вздохнул, задержал в груди воздух. Так он поступал всегда, утихомиривая волнение. Информация Монаха ему до перегоревшей лампочки. Сам с усам. И все же в схватке с политиком пригодится любая мелочь. Если придется стрелять.

Эскадронный разгуливал по комнате, выстраивая в голове предстоящий монолог. Знал старый хитрец, что на убийство политика терминатор не пойдет. Собков тоже выстраивал… отказ. Ибо покушение на депутата напоминает ампулу с ядом. При опасности она лопнет и отправит его в ад. С пересадкой в морге. Как уже отправили старого Бульбу.

— Семен Григорьевич Пушкарев, пятьдесят два года, фракция… Впрочем, наименование фракции ничего не прибавит и не убавит… Женат. Сын учится в Сорбонне, дочь недавно вышла замуж за банкира. Держал общаг. Полгода тому назад выяснилось — общаг похищен, переведен в швейцарский банк на счет предателя. Часть суммы использована на приобретение недвижимости в Испании. За все это его приговорили к смерти… Понятно?

— Да, — равнодушно ответил Собков. Что ему до подробного перечня жульнических махинаций вора в законе. Это даже хорошо, что ворюга, и что — в законе. Киллер убьет не политика. Орден, конечно, не повесят, в газетах не прославят, но особо искать не станут. Не за что, — Сколько?

— Десять штук. Сделаешь?

— Можешь не сомневаться… Правда, гонорар — мизерный, не мешает увеличить. Сам понимаешь, на что иду.

Обычная торговля, примитивный «пещерный» рынок. Только торг идет не продуктами либо тряпками — на кон поставлена человеческая жизнь. Да, ворюги, да предателя, но Пушкарев все же живое существо. Ни заказчика, ни исполнителя такая малость не смущает, нравственные начала для них давно потеряли свою ценность.

— Двенадцать? — недовольно предложил Монах. Будто эта немалую сумму киллер пытается вытащить не из эскадронной казны — из его кармана. — По моему, в самый раз.

— Сделаю, — неохотно согласился терминатор. Выторговать больше не получится. Заказчик скуп до омерзения. Даже потом прошибло. — Аванс?

— Как всегда. Тридцать процентов. Наводчики нужны? Есть парочка, могу презентовать.

Александр хотел было согласиться. Нужны, конечно, нужны, как без наводчиков. Но вспомнил про ожидающего Валеру. Чем меньше будет задействовано помощников, тем больше гарантий на удачный отход. Пожалуй, одного любкиного телохранителя достаточно.

— Обойдусь…