— Ладно, пускай убить. Все равно мы не имеем права их убивать. — Он снова коснулся значка на рубашке. — Надо подставить другую щеку и отдать их копам.

Джеку не понравилось, куда клонится дело.

— И вам тут же предъявят неопровержимые обвинения в нападении, избиении, похищении, незаконном задержании, черт знает, в чем еще. Вы этого хотите?

— Еще чего, — отмахнулся Чарли.

— И кто вообще говорит об убийстве?

— Ну, Лайл чего-то...

— Я не говорю, что их надо убить, — вмешался сам Лайл. — Господи боже, ты же меня знаешь! Просто не понимаю, чего мы добились, кроме того, что выяснили, кто это такие. Выпустим — а они завтра снова нас схватят за задницу, постараются убить или выгнать из города. Я не хочу на каждом шагу оглядываться через плечо, парень. С этим надо покончить!

— Тут наступает моя очередь, — вставил Джек. План начинал обретать первоначальные очертания, адреналин потек, зашумел в жилах, защекотал нервы. Он взял у Лайла визитку мадам Помроль, взмахнул в воздухе. — У нас есть адрес. Имеется также набор ключей от квартиры. Посмотрим, не удастся ли приготовить несколько сюрпризов.

— Годится, — кивнул Чарли. — Чего накумекал?

— Пока еще кумекаю, но, по-моему, найду возможность озадачить мадам Помроль собственными делами настолько, что ей уже некогда будет заниматься вашими. По крайней мере, в ближайшее время. Только, если действовать нынче ночью, мне нужна помощь. Где у тебя станок для нарезки ключей?

Чарли прищурился, покосился на Лайла:

— Каких ключей?

— Знаю, у тебя он имеется. Пошли. Теряем время.

— Давай, — велел Лайл.

Чарли пожал плечами:

— Ладно. Сварганим дубликаты ключей от их хазы?

— Правильно. И раз уж мы затронули эту тему, где ты держишь запчасти для волшебных фокусов?

— В целой куче коробок, — ухмыльнулся Чарли.

— Замечательно. Показывай свой склад, поглядим, чем можно воспользоваться.

Неизвестно, чем эта ночь обернется, но у Джиа он точно окажется гораздо позже, чем рассчитывал. Надо ей позвонить. Не сейчас. Кровь запела в ушах; Джек впервые за несколько месяцев чувствовал, что опять полон жизни.

Лайл, скрипя зубами, направлялся в гараж проведать мадам Помроль с мужем. Прошло почти два часа после того, как Джек с Чарли умчались в город, оставив его охранять... Кого? Пленных? Заложников? Подонков?

Кем бы они ни были, оба лежат лицом вниз в машине — муж на полу под задним сиденьем, мадам Помроль на сиденье. Лайл подобрал клочки изорванной одежды, набросил на нагие тела. Оказалось — мало, поэтому нашел еще старое одеяло. Не хочется при каждой проверке видеть сморщенные волосатые задницы.

Его пугала собственная ярость.

Главным образом потому, что окна и двери снова начали самостоятельно открываться. Выстрел из пистолета, попытку наезда можно пережить. Там, откуда он приехал, в этом кое-что смыслят. Но забраться в его дом и установить оборудование, которое непонятно как действует...

В его дом, черт побери! В первый действительно собственный дом вторглись жалкие скоты, осквернили, частично присвоили.

Это сводило его с ума. Он заходил на кухню, долгим тяжелым взглядом смотрел на ножи для резки мяса, открывал в гараже багажник чужой машины, рассматривал никелированный пистолет, из которого в него стреляли.

Но сколько бы ни думал об убийстве, знал, что не пойдет на это. В душе он не убийца.

Только, господи боже, до чего хочется перепугать их так, чтоб они обделались! Схватить за тощие шеи и протащить по комнатам, приставив к тупым башкам их же собственный пистолет и грозя всаживать пулю за пулей, если они не признаются, что натворили в доме, потом вздернуть на ноги, заставить разобрать проклятую механику, подгоняя дулом пистолета, чтоб скорей пошевеливались.

Однако Джек предупредил, что Фостеры не должны знать, где находятся, не должны связывать похищение с братьями Кентон. Лайл вовсе не из тех, кто слепо исполняет приказы, но... для Джека надо сделать исключение. За такие бабки лучше к нему прислушиваться. Кроме того, он свое дело делает.

Зазвонил телефон, он взглянул на определитель номера, узнал сотовый Чарли, снял трубку.

— Все тип-топ, брат, — сообщил тот. — Дело сделано, чешем домой.

— Что сделано?

— Потом расскажу, только слушай, красота — обалдеть! Ну, здоров этот Джек! Так, мы свои концы связали, давай теперь ты. Пока.

Лайл со вздохом положил трубку.

Пришла моя очередь...

Перед отъездом с Чарли Джек дал исчерпывающие указания. Тогда дело казалось легким, сейчас представляется очень рискованным.

Он снова глубоко вздохнул и вошел в гараж.

Лайл остановил машину Фостеров под контейнером для сбора строительного мусора. Финансовый квартал до сих пор отстраивается, и огромные кузова торчат через каждые два дома. Этот особенно большой, стоит в укромном месте. Он погасил фары, осмотрел улицу — никакого движения. В субботнюю ночь этот район Манхэттена, без сомнения, самый тихий в городе.

Лайл взглянул на часы. Быстро доехал. Поскольку машин было мало, не сворачивал с автострады Бруклин — Куинс до самого Бруклинского моста, через который проехал в нижний Манхэттен. Вел машину как робкий учитель воскресной школы, всю дорогу следуя указателям ограничения скорости, сигналя на всех поворотах, глядя в зеркало заднего обзора едва ли не чаще, чем в ветровое стекло. Меньше всего хотелось, чтоб его остановили за какое-то мелкое нарушение и попросили объяснить, что лежит сзади под одеялом.