— Нет, — через плечо отказалась она, скользнула на заднее сиденье, захлопнула дверцу, велела водителю ехать в центр города. И не оглянулась, когда такси тронулось с места.

Что толкнуло ее на подобные речи? Перед телекамерой, ни много ни мало. Она сказала правду, то, что в ту минуту думала, но об этом никому другому не обязательно знать. Видеть свое лицо на экране решительно не хочется. Если ей суждены пятнадцать минут славы, пусть их принесут картины, а не зубастые шуточки на местном телевидении.

Справлюсь ли я с отцовством? — гадал Джек, стуча в дверь Храма Вечной Мудрости мадам Помроль.

После приезда в город в него не один год стреляли, совали ножи, избивали, душили... Должен справиться. Будем, по крайней мере, надеяться.

По сравнению с перспективой ответственности за воспитание ребенка, который должен стать приличным человеком, не ступив на кривую дорожку, ножи и пули сущая ерунда. Там хотя бы выбор ясен.

Слава богу, на нем лежит частичная ответственность, всегда можно положиться на практический опыт Джиа.

А вдруг с ней что-нибудь случится?

Он содрогнулся, не понимая, зачем себя накручивает. Это на него не похоже. Неужели дело в отцовстве?

Оставим пока. Сосредоточимся на настоящем, ощупаем парик, проверив, закрывают ли длинные локоны уши, особенно левое, куда воткнут наушник.

Дверь открыл Карл Фостер.

— Ах, мистер Батлер! Точно вовремя.

Мистер Батлер? Джек чуть не оглянулся, вовремя припомнив, что это он самый и есть.

Сосредоточься, черт побери!

Лучше бы Джиа приберегла новость до завтра. Дело предстоит тонкое, требует точного расчета времени. Надо позабыть о будущем, думать о происходящем.

— Время и прилив никого не ждут, как говорится, — постарался он войти в роль.

— Хорошо сказано, — похвалил Фостер, приглашая гостя в дом.

Джек — на этот раз в джинсах, ковбойских сапогах, белой рубашке без воротника под спортивным пиджаком из шотландки с двумя глубокими внутренними карманами, нагруженными снаряжением, — проследовал за хозяином в кабинет.

— Займемся сначала земными делами, — сказал тот. — Гонорар мадам с вами?

— Чего? А, конечно. — Он вытащил из бокового кармана конверт, вручил Фостеру. — Держите.

Карл открыл его, быстро перебрал пять фальшивых стодолларовых бумажек, разочарованно взглянул на клиента.

— Кажется, я от вас слышал, что золото — лучший способ общения с миром духов.

— Угу, я сам это не раз слышал от дядюшки Мэтта, только сейчас жутко трудно собрать точную сумму в золотых монетах. Слишком много хлопот, если хотите знать.

— Я бы дал сдачу.

— Ух, а мне даже в голову не пришло. Ладно, в другой раз будет золото.

— Превосходно! — Фостер, просветлев, сунул конверт в карман. — Вы хотите вступить в контакт с дядей? С тем самым, что часто бывал у медиумов-спиритов?

— Правильно. С дядей Мэттом.

— Неужели с Мэттом Каннингемом?

Молодец, мысленно отдал ему должное Джек. Старается выудить побольше деталей. Ну, давай. С удовольствием поболтаю.

— Нет. Его фамилия Вест. Мэтью Вест. Потрясающий старикан. Жалко, умер.

— Давно?

Интересно, он сам запоминает или мадам лично сидит за компьютером, прислушивается к жучку и вносит имя Мэтью Томаса Веста в файл www.sitters-net.com?

— В начале года, то ли в конце января, то ли в начале февраля, помню только, что чуть не околел на похоронах. Стоял на ветру у могилы — с ума сойти! — Джек потер руки, сгорбился от неприятных воспоминаний. — Думал, больше никогда не согреюсь.

— Да что вы? — удивился Фостер. — По-моему, зима была довольно теплая.

— Тут у вас — может быть, а мы морозили задницы в Сент-Поле.

— В Миннесоте? Там в самом деле холодные зимы. Вы оттуда?

— Я? Нет. Родился и вырос в Вирджинии.

— Нравится вам Манхэттен?

— Еще бы! Никогда в жизни не видел столько ресторанов. И все битком набиты, — рассмеялся Джек. — Кто-нибудь там когда-нибудь ест?

— Конечно, — улыбнулся Карл. — Верхний Вест-сайд предлагает любую известную человечеству кухню.

Джек подозрительно прищурился:

— Откуда вы знаете, где я живу?

— Из анкеты, которую вы вчера заполняли.