— Нет, Катенька, ни о какой мистике не может быть и речи. Все слишком реально. Женщина в голубом, которая изо всех сил старается быть похожей на тебя, существует на самом деле. Мне так представляется, что вы с ней должны быть очень хорошо знакомы. Во всяком случае, она многое, если не все, о тебе знает.

— Что — все?

— Где ты живешь, как выглядишь, что носишь, какую машину водишь, у кого есть запасные ключи от нее, — уже в который раз повторила я.

— Это все не секрет.

— Я понимаю, тем не менее некая дама решает, что труп выгодно подбросить именно тебе.

— Ты, кажется, подозревала Майку Патралову? Мы с ней одного роста, она знает обо мне буквально все, потом, у нее есть голубой плащ. В темноте он может сойти за мой пуховик. Таня, ты с ней разговаривала? Как она себя вела?

— Нет, я с ней не разговаривала, Майя улетела с Константином в Египет. — Мне пришлось рассказать Катерине о том, что Патралова решила покончить с театральной карьерой. — Не скажу, что окончательно сняла подозрения, но мне не удалось найти никаких подтверждений, что твоим двойником была она. Главное — я не вижу мотива.

— Странно все это как-то, — призадумалась Барулина. — Я скорее поверю, что Майка могла соврать Костику, что уйдет из театра, чтобы он свозил ее в Египет, нежели в то, что она сделает это на самом деле. Да, страна фараонов и пирамид всегда была для Патраловой пределом мечтаний. Она ведь играет Клеопатру! Но бросать из-за недели в Египте театр — это глупость. Бред, натуральный бред!

— Возможно, но мне кажется, она собралась бросать театр не из-за поездки на курорт, а из-за замужества. Константин не хочет, чтобы его женой была актриса. Кстати, Алена Микаэловна тоже наладила свою личную жизнь, три месяца назад вышла замуж. — Я вкратце стала отчитываться перед Катериной о проделанной вчера работе. — Твой Антон сейчас действительно в Санкт-Петербурге, а у Родионова стопроцентное алиби…

— А я тебе сразу сказала, что никто из моих близких знакомых не мог так подставить меня, — с упреком заметила Барулина, после чего с ней случилась очередная истерика. Катя закрыла лицо руками и стала причитать: — Нет, найти настоящую преступницу невозможно! Это просто какой-то злой рок! Я никогда не выпутаюсь из этой паутины, никогда! За что мне такое, за что?

— Катерина, немедленно прекрати! У меня такое ощущение, что ты кого-то подозреваешь, но скрываешь от меня свои подозрения, потому что зависишь в чем-то от преступницы.

— Нет, я никого не подозреваю, никого, — запричитала актриса. — Все это какое-то наваждение. Почему ты мне не веришь?

— Верю, но мне надоели твои истерики. Катя, ты должна собраться и хорошенько пораскинуть мозгами насчет того, кто мог выступить в роли твоего двойника. Повторяю — эта женщина должна знать, где ты живешь, на какой машине ездишь, она должна иметь доступ к ключам. Если ты уверена, что твоими ключами никто не мог воспользоваться, то все-таки тебе придется позвонить маме…

— Нет, надо сначала поговорить с Полиной. Она очень любопытная, если к маме кто-то приходил, то она обязательно это заметила.

— Откуда такая уверенность?

— Полина живет на первом этаже, она все время поглядывает в окно, даже когда работает над своими картинами. Полина все замечает — кто к кому когда приходил.

— Что ж, вполне возможно, что она сможет нам помочь. Я, пожалуй, к ней сейчас и поеду.

— Значит, ты снова оставишь меня одну?

— А ты предлагаешь, чтобы я искала преступницу, не выходя из дома?

— Нет, но ты могла бы поговорить с ней по телефону.

— Когда я смотрю человеку в глаза, то вижу — врет он мне или нет. Например, я вижу, что ты от меня что-то скрываешь, но тем не менее продолжаю работать на тебя. Знаешь, почему?

— Почему?

— Потому что у меня нет доказательств, что ты водишь меня за нос. Если тебя подставляют, то все должно указывать на тебя. Но если ты все-таки сама засунула труп в багажник, то я это непременно выясню. Тогда тебе не поздоровится.

— Это не я, правда, не я! Таня, мне очень страшно. У меня предчувствие, что может произойти еще что-нибудь. Можно, я поеду с тобой?

— Нет, тебя могут увидеть. Это добавит проблем.

— Кто? Кто меня увидит?

— Катя, ты ведь в розыске. Тебя не нашли ни дома, ни на работе, поэтому могут искать у мамы.

— Ее найти не так уж легко. Она живет не там, где прописана, а работает в фирме, юридический адрес которой в Покровске.

— Ты можешь столкнуться со своей мамой или ее мужем, а ведь для них ты сейчас в Петербурге. Да, кстати, куда ты сегодня выходила?

— С Сережей встречалась, — проговорилась Катя и густо покраснела.