Я доверяла двенадцатигранникам, они никогда не обманывали. Отвечать туманно могли, но не врали. Порой я сама неправильно общалась с ними, бросала косточки, плохо сосредоточившись на объекте. Сегодня был не тот случай, я думала именно о Гуревиче. Владислав Витальевич, ау! Вы где? Почему молчите? Вам свыше предначертано выйти со мной на связь, а вы почему-то не спешите мне звонить. Хоть я хохмила в душе, но на самом деле настроение было паршивое.

Снег продолжал валить огромными хлопьями, создавая аварийную обстановку на дорогах. До Смирновского ущелья я добиралась битый час и только в самый последний момент задумалась о том, что мой поздний визит может вызвать у художницы неодобрение. Захочет ли она вообще со мной разговаривать?

Во всех окнах ее квартиры горел свет, и это обстоятельство меня вдохновило на то, чтобы без зазрения совести побеспокоить Полину Николаевну в столь поздний час. А вот окна квартиры, в которой проживали Владислав Витальевич и Раиса Никитична, были темными. Наверное, они уже спали.

Я нажала на кнопку домофона и сразу услышала мужской голос:

— Кто там?

— Это Татьяна Иванова, я хотела бы поговорить с Полиной Николаевной.

— Подождите минуточку.

В крайнем окне появилась художница, она увидела меня, узнала и махнула рукой, давая понять, что сейчас меня впустят. Дверь действительно открылась, и я зашла в подъезд. Там было темно, но полоска света из открытой квартиры Михайловых осветила мне путь. В прихожей меня встретили сразу три человека — уже знакомая мне Полина Николаевна в полосатой трикотажной пижаме, высокий седой мужчина в спортивном костюме и еще одна женщина в махровом халате цвета бордо. «Вероятно, это Катина мама, — пронеслось в моей голове. — Они очень похожи». У всех троих на лицах было такое скорбное выражение, что я поняла — случилось что-то непредвиденное и не очень приятное.

— Танечка, как хорошо, что вы пришли! Я сама хотела вам позвонить, но не успела. Знакомьтесь, это Раиса Никитична, Катюшина мама, а это мой муж, Алексей Ильич.

— Очень приятно, — сказала я, переступая порог. — Частный детектив Татьяна Иванова.

— Где моя дочь? — строго спросила Барулина вместо приветствия.

— Раиса Никитична, Катерина в безопасном месте.

— Ее ищет милиция, — сказала она надрывным голосом. — Вы это знаете?

— Разумеется. Катя наняла меня для того, чтобы я отыскала настоящих преступников и тем самым защитила ее доброе имя.

— Она в Тарасове или в Петербурге?

— В интересах безопасности вашей дочери я предпочла бы оставить это в тайне.

— Где мой муж? — продолжила допрос мать моей клиентки, глядя на меня красными от слез и злыми-презлыми глазами, будто я была в чем-то перед ней виновата.

— А вот этого я не знаю и даже хотела у вас поинтересоваться, где сейчас Владислав Витальевич. У меня к нему есть очень много вопросов.

Раиса Никитична разрыдалась и уткнулась в плечо своей подруги. Наверное, бурное выражение эмоций было у Барулиных в крови. Михайлова стала гладить подругу по голове, приговаривая:

— Раечка, успокойся, не надо, дорогая моя, не надо. Сейчас мы поговорим с Татьяной, и она нам хоть что-нибудь прояснит. Напрасно ты на нее так ополчилась и не давала ей звонить.

— Пусть все объяснит, — выдавила из себя Барулина-старшая.

Алексей Ильич помог мне снять шубу и пригласил в гостиную. Женщины последовали за мной и сели на диван. Я расположилась в кресле у окна, где сегодня днем сидела художница, а хозяин квартиры остался стоять в дверях, прислонившись к косяку.

— Леша, сядь, — попросила его супруга. — В ногах правды нет.

— Если вернется Влад, на площадке хлопнет дверь, и я это услышу.

— Правильно, — кивнула Полина Николаевна. — Танечка, вы смогли выяснить что-нибудь о той девушке, портрет которой я вам нарисовала?

— Да, она вовсе не любовница Владислава Витальевича, как вам показалось, — ответила я.

— Поля, ну что я тебе говорила! — воскликнула Барулина. — Как ты вообще могла такое подумать?

— Это… — Я выдержала небольшую паузу, а потом продолжила: — Это его дочь.

— Дочь?! — недоверчиво переспросила Михайлова. — Рая, разве у Влада есть дети? Ты мне никогда не говорила ни о какой дочери. Откуда она взялась?

— Да, Поля, я знала, что у него есть дочь, но в последнее время Влад не поддерживал с ней никаких отношений, да и вообще не любил говорить о Галине. Однажды как-то к слову обмолвился о ней и осекся. Я несколько раз пыталась расспросить о том, где она, чем занимается, но он отмалчивался. Значит, мой муж сейчас с дочерью. — Эта информация немного успокоила Барулину-старшую. — Вы знаете, как ей позвонить? Наверно, в мобильнике Влада сели батарейки. Он всегда забывает его заряжать.

— Я бы тоже очень хотела знать, где сейчас Галина, но, к сожалению, это мне неизвестно. Насколько я поняла, Раиса Никитична, ваш муж до сих пор не вернулся домой и не предупредил вас, что задержится?

— Да, не вернулся! — с обидой воскликнула Раиса Никитична. — И это в тот момент, когда мне так нужна его поддержка! Я ведь звонила ему и просила приехать домой пораньше, потому что Катя попала в совершенно идиотскую ситуацию и ей нужен хороший адвокат. Влад ответил, что попробует освободиться пораньше, но вместо этого исчез совсем. Я звонила ему в офис, но секретарша сказала, что после визита частного детектива Татьяны Ивановой он рассвирепел и срочно куда-то уехал. Его мобильный не отвечает, и я не знаю, что думать. — Барулина вытерла слезы и обратила на меня настороженный взгляд. — Неужели это все как-то взаимосвязано — труп в Катиной машине и исчезновение Влада? Я не хочу в это верить, не хочу!