Отпихнув платье на край постели, Даная вытянулась и закрыла глаза. «В одном Мелента, безусловно, права — нужно вздремнуть. Часок, не больше. Все-таки нужно познакомиться с Бесаком и его жителями. А насчет того, носить это проклятое платье или нет, можно будет решить на свежую голову».

Пару минут спустя она уже спала глубоким спокойным сном, в то время как пальцы ее все поглаживали приветливую материю ковенского одеяния.

Торговец оружием презрительно фыркнул, взглянув на небольшой лук в руках Данаи, потом снова воззрился на нож, который он тем временем затачивал.

— Детская игрушка, миледи, — сказал торговец. — Я занимаюсь оружием для настоящих охотников, а не такими пустяками. Обратитесь к кому-нибудь другому — сэкономите время нам обоим.

— Не торопитесь с выводами, мистер, — спокойно сказала Даная. — Именно из этого лука Андрос поразил мишень с расстояния в пятьсот варна.

Мужичонка вскинул брови.

— В самом деле? Андрос… с этого лука? — недоверчиво спросил он. — Я… я, конечно, слышал, но…

«Кажется, попался на крючок», — подумала Даная и протянула лавочнику оружие. Тот, слегка скривив губы, взял лук и начал внимательно его рассматривать. Постепенно выражение скепсиса на его лице сменилось восхищением и любопытством.

— Никогда не видел такого лука, — признал он наконец, поднимая голову. — Что за конструкция?

— Называется «составной лук», — сообщила Даная, проводя пальцами по упругому древку. — Пять деревянных частей соединены между собой специальным клеем — видите, вот стыки — с помощью довольно длинных кусочков костей, еще есть слой сухожилий по всей длине дуги.

Это был древний турецкий способ изготовления луков. Даная больше недели проторчала в университетской библиотеке, прежде чем обнаружила его. Но долгие часы, проведенные за компьютером, не пропали даром. Фактически, все луки на Кариксе изготавливались из единого куска дерева, и уже через три дня после того, как Даная начала демонстрировать эту новую для здешнего люда конструкцию, весть о чудо-оружии разнеслась по всей округе. Интерес к нему, на который и надеялась Даная, охватил весь Бесак, и теперь девушке даже приходилось задумываться о том, как избежать возможных предложений относительно открытия мануфактуры по производству луков, поскольку желающих приобрести их буквально с каждым часом становилось все больше и больше.

Торговец медленно кивнул, вглядываясь в те места, на которые указала Даная.

— Должно быть, клей очень устойчивый, если он способен выдерживать такую нагрузку. Или, может, в оружии сидит какой-нибудь дух?

— Этот вот лук просто на клею, — ответила Даная, пытаясь не упустить ни одного нюанса в реакции собеседника. — Однако я могу предложить вам точно такой же лук, но усиленный джинном. Степень точности на порядок выше.

Торговец опять кивнул; на лице его появилось выражение задумчивости. «Слабый признак недовольства при упоминании мною джинна? — подумала Даная. — Кто знает».

— Понимаю, — протянул лавочник. — Соответственно, и цена выше?

— Конечно.

— Хмм… — насупился он.

Даная заметила, как взгляд торговца скользнул по ее одежде с эмблемой Ковена. Раваджан по-прежнему более чем неодобрительно относился к ее решению надеть это платье, но даже ему пришлось признать, что такое одеяние сыграло не последнюю роль в укреплении ее репутации среди аборигенов.

В глазах у Данаи слегка помутнело — словно какое-то облачко опустилось на ее голову, затемняя и без того тусклый солнечный свет. Девушка смежила веки на пару секунд, а когда снова открыла глаза — зрение уже прояснилось. Подобное случалось с ней в последнее время все чаще и чаще, и Даная начала беспокоиться — уж не захворала ли она? Исследовательница отчаянно надеялась, что нет, ибо на Кариксе основной метод диагностики заключался в том, что в тело пациента «запускали» духа, который и определял болезнь. От одной мысли об этом у Данаи мороз подирал по коже.

— Чего вы хотите за этот лук, миледи? — спросил торговец, прерывая ее раздумья.

— Этот лук — не для продажи, — ответила она, едва скрывая раздражение от собственной рассеянности. Витание в облаках, причем в самый неподходящий момент, тоже начало входить в дурные привычки. — Я просто показываю его заинтересованным людям, дабы выяснить, стоит или нет приступать к серийному производству такого оружия.

Лавочник изобразил на лице удивление и некоторую досаду, за которыми угадывались коммерческие расчеты.

— Полагаю, вы вряд ли будете заниматься непосредственно торговлей, — начал он осторожно. — А что, если нам заключить сделку: вы будете поставлять мне товар, а я — находить рынок для сбыта и продавать луки?

Даная задумчиво наморщила лоб, будто такая идея никогда не приходила ей в голову. На самом деле уже трое лавочников и несколько охотников предлагали ей подобное сотрудничество.

— Интересное предложение, мистер, — медленно проговорила девушка, — но, боюсь, я не уполномочена заключать сделки такого рода. Однако, если мое руководство решит начать выпуск продукции большими партиями, я, конечно же, вспомню ваше предложение. И ваше имя.

Торговец почтительно поклонился.

— Благодарю, миледи. Надеюсь увидеть вас в скором будущем.

Даная вежливо кивнула в ответ, вышла из лавки и оглянулась. Раваджан должен быть где-то поблизости…

— Ну, и как успехи? — раздался голос Проводника прямо у нее за плечом.

Чуть не подпрыгнув от неожиданности, она резко повернулась к Раваджану и обожгла его возмущенным взглядом.

— Что у вас за дурацкая манера подкрадываться к людям незаметно? А дела, кажется, идут неплохо. Мелента может получить неплохой рынок сбыта, задумай она производить турецкие луки, — если вы это имеете в виду.