Я разделась и легла, положив пистолет под подушку. Не спалось. Думала о том, какой еще сюрприз подготовил для меня Кудрин…

У двери послышался шорох. Потом она со скрипом открылась. Неужели я забыла повернуть ключ? Нервы начали сдавать. Склероз. Не рановато ли? Но кто это вломился ко мне?

Мужчина явно в подпитии, потерявший ориентировку, двигался по комнате в прямом смысле на ощупь, вытянув вперед руки. Наконец он задел ногами кровать и пошарил по ней руками.

— Наташка, ты че, спишь уже? — заплетающимся языком произнес вошедший. По голосу и обращению я поняла, что передо мной господин вице-мэр Субботин. Он просто перепутал двери спален, расположенных через стенку.

Между тем Николай начал раздеваться. Этого еще не хватало! Я не волновалась за себя, отключить мужика в такой степени опьянения не составляло труда. Но куда его девать? И поймет ли Наталья правильно факт присутствия мужа в моей спальне?

Решение созрело мгновенно. Я вынырнула из постели, прихватив, разумеется, с собой оружие, кое-как накинула халатик и бесшумно проскользнула мимо сидящего на краю кровати Субботина, безуспешно пытавшегося стянуть с себя джинсы.

Постучалась в соседнюю спальню. Наташа открыла.

— Ты? Что случилось? — спросила она встревоженно.

— Там твой преподобный Николай никак не может залезть в мою постель, — объяснила я комичную ситуацию.

— Ладно, давай поменяемся комнатами, — предложила Наталья. — Он у меня тяжелый, неохота тащить на себе.

На том и порешили. Устроилась на новом месте. Но и тут опять не могу сомкнуть глаз. Встала, выпила воды. Как-то там Иннокентий и Оксана?.. Подошла к окну. И вдруг в отсветах фонарей отчетливо увидела фигуру в черном, карабкающуюся на подоконник соседней спальни. Неизвестный включил фонарик и направил луч внутрь комнаты. Но ведь мы поменялись местами с Субботиными! Значит, охотятся за мной?!

Доставая оружие, я тщательно задернула штору, на цыпочках подошла к выходу, бесшумно провернула ключ в замке и открыла дверь. Надо помочь Наталье, ведь она может стать невинной жертвой киллера. Подошла к их спальне. Дернула за ручку. Дверь медленно открылась. Николай спьяну храпел, откинувшись на спину, а Наталья мирно спала, по-детски положив ладошку под щеку. Пронесло, слава богу! Надо идти спать…

Завтрак накрыли на лужайке возле дома. Рассаживаясь, я заметила, что нет Годлевской.

— А где наш дуайен Инесса Владиславовна? — проявила я законное любопытство, увидев пустой прибор.

— Поехала в город за провизией к обеду и ужину. Скоро вернется, — пояснила Ветрова. — И с сюрпризом.

— Что-нибудь интересное? — спросила я.

— В некотором роде, — зловеще усмехнулся Кудрин.

Я встретилась взглядом с Наташей. Черт возьми, а ведь она может нас выдать раньше времени: ее глаза пылали ненавистью.

В это время открылись ворота, и во двор въехал кудринский джип. Очевидно, это вернулась Инесса Владиславовна. Что ж, пожуем — увидим, подумала я, доедая бутерброд с ветчиной и запивая его кофе.

Из джипа вылезли двое. Я сидела боком к дорожке, поэтому не стала проявлять излишнего любопытства и оглядываться раньше времени. А зря. К столикам подошли Власов с перевязанной головой и Годлевская. Власов нес портативный телевизор с видеомагнитофоном, а Годлевская — кассету. Интересно, что за видео они собрались крутить?

Поздоровавшись с присутствующими, эти двое отдали распоряжение установить аппаратуру на край стола, чтобы всем было хорошо видно.

— Сейчас мы посмотрим новый документальный фильм о похождении одной небезызвестной личности, — комментировал Кудрин приготовления помощников.

Зарядив видик, Годлевская вопросительно посмотрела на шефа. Тот молча кивнул. Демонстрация ролика началась.

Я увидела вдруг себя, входящую в подъезд дома на улице Ташкентской. Вот я звоню в дверь сорок восьмой квартиры. Никто не открывает. Разговариваю с бабой Катей из соседней сорок девятой. Звука нет, но лицо мое камера взяла крупным планом.

Новый интерьер. Кабинет следователя прокуратуры Назарова. Заснята вся наша беседа.

— Дать фонограмму, Татьяна Александровна? — невинно спрашивает меня Кудрин.

— Не стоит, Игорь Владимирович, блестящая работа! — оцениваю я ту подлянку, что подложила мне служба безопасности «Спаниеля».

— Разведчики, Татьяна Александровна, гибнут на мелочах. Контрразведчики тоже, — Кудрин направил на меня пистолет. — Вы проиграли, сдавайтесь!

Я огляделась. Доктор и поэт не в счет, это ясно. Остается пять мужиков за столом против меня одной. Сможет ли помочь мне Наташа, еще неизвестно. Но сдаваться без борьбы я не привыкла. Я развела руками, давая понять, что согласна со словами Кудрина, стала подниматься из-за стола.