Через некоторое время я проснулась, чувствуя отвратительный вкус во рту и в недоумении глядя на телевизионную рябь, которая мелькала у меня прямо перед глазами. Первой моей мыслью было: какой дурак включил телевизор, пока я спала? Но, вспомнив, что в настоящее время никого из посторонних в моем жилище не наблюдается, я решила, что сама нечаянно включила его во сне.

Вкусная пища действительно может поднять настроение, но в этот раз я перестаралась. Неуверенными шагами добравшись до кухни, я обнаружила, что у куриной тушки бесследно исчезла целая половина, и вместе с ней полностью испарилось содержимое бутылки вина. От одного только предположения, что все это может находиться сейчас в моем желудке, мне стало так нехорошо, что я чуть было не вернула все это обратно. Однако, внимательно посмотрев на стол, я увидела, что остальные закуски, купленные мной днем, остались нетронутыми, и мне немного полегчало. Но та самая «такая тяжесть», о которой постоянно говорят в рекламе, совершенно явственно ощущалась мною и в животе, и в ногах, и в руках, и в голове.

Самое правильное в таком состоянии — лечь спать. Но перед включенным телевизором я проспала часа четыре, и больше не хотелось. Раздумывая, чем же заняться, я вспомнила об интернет-сайтах, которые нашла накануне вечером. Такое занятие вполне доступно мне в моем плачевном состоянии, и я решила почитать — что же глобальная сеть поведает мне о первых христианах и наживающихся на их добром имени сектах? А заодно и проверить — не осенит ли меня какая-нибудь гениальная догадка, связанная с моим делом?

Однако в процессе чтения ничто меня не осеняло. Перед глазами мелькали разные интересные факты, ни один из которых не давал ни единого намека — как можно было бы связать исследование о первых христианах, проводимое студентами, со смертью их профессора, этими исследованиями руководившего? Даже если предположить, что все они были неравнодушны к деятельности «Свидетелей Иеговы»… Впрочем, здесь может быть два варианта: либо они были неравнодушны в отрицательном смысле и проводили исследования с целью разоблачить деятельность секты; либо в положительном: исследовали первых христиан, чтобы оправдать деятельность секты. Хотя возможен и третий вариант: они проводили исследования именно деятельности первых христиан совершенно независимо от того, имеют ли к ней отношение какие-то секты. Судя по тому, что они рассказывали мне о своих исследованиях при нашей последней встрече, третий вариант — наиболее вероятный.

Я продолжала просматривать сайты. «Секта возникла в 1919 году…», через несколько строк: «…в день Пятидесятницы в 33-м году нашей эры…»; «…христиане истинные…»; «…христиане ложные…»; «Христос повелел начать проповедническую деятельность через двадцать веков и именно через организацию „Свидетели Иеговы“, которая в XX веке покинет церкви христианского мира…» — об этом упоминала и Ленка. Что еще? «…Сторожевая Башня…»; «Тринадцатилетний мальчик из Пензы повесился под влиянием секты…»; «…пожертвования…»; «…распространение литературы…»; «…Залы Царства…». Черт знает что, белиберда какая-то!

Голова совсем не варила. Просмотрев еще несколько сообщений о судебных разбирательствах, свидетельствующих о переменном успехе деятельности иеговистов на юридической ниве, я окончательно пришла к выводу, что интересная дополнительная информация мало что дает применительно к проводимому мною конкретному расследованию. Пора из виртуальной реальности перемещаться в реальность действительную и хотя бы немного упорядочить сведения, которые мне удалось получить за последние сутки.

Я выключила компьютер и попыталась «включить» голову. Значит, так: во-первых, из разговора со студентами параллельной группы мне стало известно, что и Незнамов, и его товарищи в вечер и ночь убийства находились на дне рождения у друга в частном доме, довольно далеко от центра, что вполне можно расценивать как алиби. Но что же такое торчало, как заноза, в этом алиби и не давало мне окончательно утвердиться в своей вере в него? Эта заноза возникла еще во время разговора, и теперь я снова вспомнила о ней. То, что при таком скоплении народа небольшая кучка студентов вполне могла незаметно уйти? Уйти, совершить преступление, а потом вернуться? И тогда слова девочки о том, что домой они возвращались все вместе, полностью подтверждаются — и одновременно с этим ничего не доказывают.

Такое вполне могло произойти. Жаль, что я не уточнила адрес дома, в котором проходил праздник. Тогда легко можно было бы проверить — в действительности ли этот дом так далеко от центра и от места убийства или подвыпившей девочке показалось? Но у меня еще все впереди. И даже если имеется теоретическая возможность за короткое время пройти от этого дома к институту и обратно, это еще ни о чем не говорит. Нет причины, по которой кто-либо из студентов захотел бы проделать такое путешествие, — нет и мотива.

А насчет мотива, помнится, я хотела попытать предполагаемую девушку Влада Незнамова. А имеется ли у него дама сердца, я собиралась узнать у его одногруппников, которые вчера слишком рано закончили учебу и не дали мне такой возможности.

И тут меня наконец-то осенило. Ну конечно! Именно она — вдова профессора Разумова — наверняка сможет дать мне такую информацию! Мало того, я сразу смогу убить двух зайцев. Вдова тоже под подозрением, и, явившись к ней под предлогом поисков девушки Влада, я заодно смогу прощупать и ее саму на предмет возможной причастности к убийству мужа.

Разрешив так удачно хотя бы одну из мучивших меня головоломок, я почувствовала большое облегчение. Даже голова начала работать лучше: сразу же вслед за первой меня посетила и вторая гениальная идея. Ведь узнать поподробнее о взаимоотношениях студента и профессора я тоже смогу от его вдовы! Единственное, что я пока слышала от нее на эту тему, — что все студенты в нем «души не чаяли». Но не может быть, чтобы все нюансы человеческих взаимоотношений исчерпывались этой мало что говорящей рекомендацией, даже в глазах такого сентиментального человека, как Надежда Сергеевна. Надо только разговорить ее, и наверняка вспомнятся и ссоры, и непонимание, ведь без этого не обходится даже самая тесная дружба. Глядишь, что-нибудь да выплывет. Тогда мне не придется наугад оказывать давление на пугливую девушку Зину, и я смогу более четко ориентироваться в тех кнопочках, на которые следует нажимать.