Да, для этого случая, пожалуй, более характерен был бы суицид, чем разбойное нападение. Довести человека до ручки, высосать все соки — вот основы деятельности общества «Сторожевая Башня». Ободрать как липку и выбросить. Не здесь ли кроется основа благосостояния профессора Разумова? Если он вел свою деятельность активно, то и взносы поступали аккуратно. Размер суммы в типографской квитанции — лишнее тому подтверждение. А если профессор был причастен к процессу распределения финансовых средств, то почему бы он не мог часть из них просто положить в свой родной карман?..

Был уже поздний вечер, и я, несколько утомленная неожиданными открытиями этого дня, с большим удовольствием спряталась под теплое уютное одеяло и, свернувшись клубочком, моментально заснула.

На следующий день я встала поздно. Сказывалась общая усталость от продолжительных и малорезультативных поисков, и в особенности — вчерашнее эмоциональное напряжение.

Я решила уделить дополнительное время физиотерапевтическим процедурам, что всегда очень благотворно действуют в плане отдыха от слишком бурных эмоций.

Пустив в ход гантели, шведскую стенку, а также выполняя силовые упражнения, не требующие дополнительных снарядов, я издевалась над своим телом до тех пор, пока не почувствовала настоящую усталость.

Когда мне удалось вызвать у себя приблизительно те же ощущения, которые испытывает загнанная лошадь, я решила, что теперь мое физическое состояние уравновешивает психическое и я могу наконец принять душ.

После душа мне стало совсем хорошо, я почувствовала прилив сил и готовность расследовать еще хоть десяток самых железобетонных «глухарей».

Я как раз собиралась выпить кофе, когда зазвонил телефон.

— Алло, Таня? Это Кирьянов.

— Кирюша, ты? Неужели уже с новостями?

— А то как же!

— Ну ты оперативник!

— Стараемся…

— Рассказывай, я — вся внимание.

— Значит, по порядку. Сначала — самое неприятное. Дом на Маркина действительно имеет отношение к «Свидетелям», но рядовые прихожане туда, разумеется, не вхожи. Мой знакомый, о котором я тебе говорил, сказал, что этот дом давно уже у них на заметке. И не только у них. Там такие дела крутятся, что даже товарищи из Интерпола проявляют интерес. Но в подробности посвящать он меня не стал. Ясно одно — бабки там «моют» космические. И похоже, не всегда легальные.

— А я еще тогда говорила тебе…

— Не перебивай. Так вот, деятельность всей этой бригады вызывает много вопросов. Но, учитывая высокие связи и то, что непосредственно к терроризму это не имеет отношения, ребята пока ограничиваются отслеживанием и сбором информации. Что касается секты, то это — один из каналов циркуляции денежных сумм, такая же ширма, как и подставные фирмы, о которых я тебе говорил раньше. Как обычно, к реальным денежным потокам самой секты приписываются некие дополнительные суммы, и все это принимает легальный характер и идет под одной вывеской…

— Помощи голодающим детям из Гватемалы!

— Вроде того. Дальше. Кроме дома на Маркина, имеется еще одно помещение, так называемый Зал Царства, где могут собираться рядовые прихожане. Это где-то на Лунной. Видимо, во избежание ненужных контактов.

— А вот ты упомянул о денежных потоках секты: как они возникают?

— Официально — благодаря добровольным взносам, восемь-десять баксов с каждого. Типа, на литературу. Раньше-то они эту «литературу» продавали, а теперь распространяют якобы бесплатно, а все взносы — добровольные.

— А неофициально?

— Неофициально: конечная цель — забрать у человека все. Включая и его самого. Психологические приемы, гипноз, зомбирование — все приветствуется. Но не афишируется. Внешне они — самые правильные и бескорыстные.

— А насчет детей — их тоже… зомбируют?

— Детей-то, как сама понимаешь, убедить легче всего. Причем откровенного давления они избегают, действуют силой многократных повторений. Знаешь правило — если человеку десять раз сказать, что он свинья, на одиннадцатый раз он хрюкнет? Так же и здесь. Поэтому и придраться к ним сложно. Ведь фактов откровенного насилия нет.

— С этим ясно. Между прочим, в свете полученной информации сам можешь убедиться, что твое предположение о ритуальном убийстве выглядит необоснованно.

— Да, пожалуй…

— Что по моим фамилиям?

— Фамилии твои оказались моему знакомому очень хорошо известны: он сказал, что оба эти товарища являются чем-то вроде руководителей Тарасовского отделения секты. Своего рода топ-менеджеры. Они имели право распоряжаться доходами, были в курсе некоторых нелегальных операций и так далее. В общем, оба замараны по уши.