– Ах вот как! Значит, вы думаете, что можете приехать в наш город и вести себя как вздумается? А люди, искренне любящие Брэда, будут смотреть, как вы разбиваете ему сердце?

– Минни, – мягко сказала Иден, – я не сделала ничего такого, за что мне может быть стыдно. Ничего предосудительного. И тот, кто думает иначе, просто имеет грязное воображение.

– Не замечала прежде за Брэддоном привычки к грязным фантазиям, однако он думает именно так.

– Брэд думает, что я…

– Он думает, что вы недалеко ушли от его жены, вот! Вы причинили ему боль, Иден, сильную боль. Когда он застал вас в объятиях другого мужчины, он тут же сел на самолет, и с тех пор от него нет никаких известий. А еще знаете, что он сделал? Он позвонил моей матери.

Мать Минни? Та женщина, с которой у Гренвилла был роман? У Иден заныло сердце.

– А, не понравилось? Вижу, вы помните, кем для Брэда была моя мать. Конечно, он на ней никогда не женится, но она не хочет этого понимать и продолжает надеяться. Я пыталась ее образумить, но она и слушать не стала. А я попала меж двух огней. Я должна покрывать грешки Брэда и сохранять лояльность, потому что он мой работодатель, а мать требует, чтобы я шпионила за ним и докладывала о каждом его шаге. Если бы не дочь, о которой надо заботиться, я давно сбежала бы из этого города!

– Минни, мне жаль, – начала Иден. – Я не думала…

– Ну конечно. Никто никогда не думает и не хочет сделать другому больно. Вам просто нравится, когда за вами бегают мужики, да? Одновременно два таких мужика – что может быть лучше!

– Думаю, я наслушалась достаточно. – Рассерженная, Иден повернулась к двери.

– Скатертью дорога. Здесь таких не ждут. Шлюхой была – шлюхой и осталась.

Иден медленно повернулась и взглянула в глаза Минни. Личико секретарши было искажено злостью и гневом, в ней с трудом угадывалась та миловидная девушка, которая встретила Иден в этом здании всего несколько дней назад. Дальнейший разговор был бесполезен – Минни ничего не услышит, ее заботят только собственные проблемы. Иден повернулась и вышла.

Когда дверь за ней закрылась, Минни опустилась на стул. Ее душила злость. Из-за предательства этой шлюхи рухнули все ее планы на будущее. Теперь Брэд не женится на Палмер. У него было достаточно проблем с первой женой, об адюльтере которой сплетничал весь город, и Гренвилл не захочет второй раз попасть в такое же положение. Да и Джаред… Минни чувствовала, что он тоже ее предал. Она-то думала, что у них что-то получится, он так на нее смотрел, ничего, правда, не говорил определенного, но ведь как смотрел! А оказалось – все притворство и в городе он находился только из-за Иден. Минни не очень поняла, почему он оставался рядом с этой Палмер, знала только, что это как-то связано с ее неприглядным прошлым. Он что-то расследовал и уехал, как только докопался до того, что ему было нужно. И вот теперь Минни опять у разбитого корыта. Она не получит Джареда, и ей не достанется хорошенький маленький домик. Она по-прежнему будет служить экономкой у Гренвилла и жить в этом его отвратительном мавзолее викторианских времен.

Ярость душила ее, не давая пролиться слезам, которые принесли бы облегчение. Минни опустила голову на руки и то ли рычала, то ли стонала от разочарования и обиды. Сейчас ей больше всего на свете хотелось сделать так, чтобы всем остальным участникам этой истории было так же плохо, как ей самой.

И вдруг у Минни возникла одна мысль. Что там Иден рассказывала за обедом про человека, который изнасиловал ее? Он был старшим дьяконом в их церкви. Минни вскочила и кинулась к шкафу, где хранились документы. Нашла папку Иден. Гренвилл попросил ее заполнить анкету, чтобы официально оформить на работу. Так, где тут место рождения? Ага, вот – городишко в Огайо. Минни схватила телефон. Один звонок в администрацию города, и она легко узнала название «прелестной церкви», расположенной в указанном районе. Потом позвонила пастору и спросила, не может ли он найти в документах, кто был старшим дьяконом в 1976 году.

– Мне и искать не надо, – ответил священник. – Вы не первая, кто интересуется этим вопросом. Того человека звали Уолтер К. Ранкел.

Минни не стала спрашивать, кто еще разыскивал дьякона – ей было плевать.

– А мистер Ранкел еще жив? – с замиранием сердца спросила она.

– Вполне. Работает в магазине ковров. Если хотите, я дам вам номер его телефона.

– Да-да, я буду вам очень благодарна. – Теперь Минни улыбалась, но, если бы он увидел эту улыбку, он не был бы столь безмятежен.

Через пару минут Минни уже набирала номер Фаррингтон-Мэнора. Как и все в Арунделе, она прекрасно знала, что к Иден приехала дочь и что дочь эта ждет ребенка.

– Мисс Иден Палмер? – спросила Минни голосом деловой секретарши. – У меня есть сведения, которые вас интересовали.

– Сведения? – Голос Мелиссы звучал сонно.

– Сведения об отце вашей дочери, полученные на ваш запрос, – продолжала Минни.

– Об отце? – медленно переспросила Мелисса, осознавая смысл фразы. – Отец неизвестен.

– Но я могу передать эти сведения только самой мисс Иден Палмер. Вы Иден Палмер?

Секундная пауза, и голос Мелиссы зазвучал увереннее:

– Да, я мисс Палмер. Я вас слушаю, говорите.

– У вас есть под рукой бумага и ручка, чтобы записать адрес и телефон?

Мелисса чем-то погремела и наконец сказала:

– Да, все есть. Диктуйте.

Иден не могла заснуть. Она перепробовала уже все возможные способы и средства, но ничего не помогало.