– Я же в отрубке валялся, – напомнил Николай. – Может, дед Павел пугал? У него берданка имеется!

– «Стечкин» бил! – покачал головой Святой.

– Откуда в деревне такой ствол?

– Вот и я думаю – откуда? – задумчиво произнес Святой. – Знаешь, у меня подозрение, что нас кто-то пасет. Следит за каждым нашим шагом.

Серегин скептически рассмеялся:

– Больное воображение. Никому мы не нужны. Может, это вовсе и не выстрелы были. Рванул бензобак, обшивка внутри машины лопалась, и по голове нам настучали здорово, вот и пригрезилось.

– Нет, Колян! Я отчетливо слышал: стреляли из «стечкина», – упрямо твердил Святой. – Ладно, это не самое главное. Надо Василию украденное вернуть. Мы должны найти потир…

– Барану понятно! – согласился Серегин. – И щенков вместе с этим Гаглоевым пощекотать!

– Для Васи чаша и церковь вроде якоря, которым он за жизнь цепляется. Я землю зубами грызть буду, но потир найду. Надоело скотов разных прощать! Ты, Коля, можешь отвалить, я гуманными методами пользоваться не стану, и на законы мне плевать! – звенел металл в голосе Святого. – Если боишься испачкаться, со мной не связывайся…

– Благородного репетируешь! – грубо прервал бывшего командира Серегин. От обиды его лицо перекосилось. – Испачкаться… Эх, командир! Не таким ты был в киргизской пустыне и в Оше. Лажу не порол. Мы – один взвод! Были им, им и остались!

Святой едва успел схватить оскорбленного друга за рукав рубашки.

– Извини. Понесло меня не в ту степь! Распустил нервишки. Так что? К вечеру выступаем?

– Походной колонной? – спросил Серегин. Не в его привычках было долго держать обиду на товарищей.

– На Нижний Тагил! – подхватил Святой.

Зал игральных автоматов «Эльдорадо» еще хранил следы посещения драчливых игроков. Несколько аппаратов украшали таблички со стандартной надписью: «Не работает».

А в остальном все оставалось по-прежнему: сизый табачный дым под потолком, сгорбленные спины играющих, звон жетонов, перемигивание бегущих огней, пивные банки, заполненные окурками, и смятые пластиковые стаканы во всех углах.

– Хеллоу, Петруша! – Серегин перевесился через деревянную стойку. – Мы вернулись! Узнал?

Узнать Николая было непросто. Кожа от ожога на щеке стала сине-багровой, обгоревшие волосы он сбрил, бровей и ресниц тоже не было.

– Здрасте! – пролепетал, узнавая, зеленолицый парнишка, медленно поднимаясь с насиженного места. – Опять играть будете?

– Я, Петро, в кино буду играть, в новой серии про Фантомаса. А-ха-ха! – Николай довольно удачно изобразил популярного когда-то киногероя.

Из глубины зала, бесцеремонно толкая посетителей, к ним спешил облепленный пластырем Боца.

– О, салют! – устремился с протянутой рукой к качку Николай. – Обдираем трудовой народ как липку?

– Здорово! – ответил рукопожатием Боца. – Опоздали, зал закрывается!

– Перебазарить надо! – доверительно попросил Серегин.

Наморщив гармошкой лоб, что означало бурную мыслительную деятельность, Боца после недолгих размышлений пригласил опасных незнакомцев:

– Пошли в офис!

Носившая столь громкое название угловая каморка за фанерной перегородкой напоминала небольшой секс-шоп, настолько густо была обклеена эротическими открытками и плакатами. Даже с потолка улыбались обнаженные дивы. Серегин задрал голову и принялся обозревать своеобразный музей.

Из тумбочки, облепленной отнюдь не репродукциями картин Левитана, хозяин фанерного офиса достал бутылку водки.

– Пардон! – вежливо остановил его Николай. – Сначала о деле. Да расслабься ты! Дыши ровнее! Мы не наезжаем! Информация кое-какая нужна!

– Понял! – облегченно вздохнул Боца. Второй серии кровавого боевика под названием «Кошмар в «Эльдорадо», похоже, не предвиделось.

– Мы ищем щенков тут одних, – начал объяснять цель визита Серегин, – лет семнадцати-восемнадцати. Видимо, что-то вроде группы рокеров. Носят «косухи», черные джинсы, могут принадлежать к секте сатанистов.

– Бля, да я им яйца поотрываю, в натуре! – Боца расстегнул ворот рубахи. Блеснуло массивное распятие на золотой цепи чуть ли не якорной толщины. – Я же крещеный.

– Проще договориться будет! – засчитал в свою пользу религиозный порыв собеседника Николай. – Среди этих рокеров есть Савел и Котя. Слыхал кликухи?

– Савел, Котя… – Лоб Боцы опять превратился в гармошку. – Савла одного знал. Но он в Екатеринбурге от наркоты задвинулся, по психушке на кресле с колесиками привязанного ремнями возят. Да и постарше будет этот псих. Слушайте, мужики, кинем по банке, – снова выставил бутылку водки хозяин «офиса».