— Нет, вы и так уже все испортили. Не вмешивайтесь больше. Самое худшее, что он может сделать, это распустить в городе грязные слухи, но этого я не боюсь, понимаете? Я боюсь одного — потерять ребенка.

— Черт побери, ни один человек в здравом уме не будет слушать подобную ерунду.

Она подняла на него округлившиеся глаза.

— Я не хочу впутывать в это мою дочь.

Зак повернулся к двери и только тут заметил Ноузи. С тяжелым чувством он погладил собаку. Много вечеров он провел с псом, сидя у камина в своем пустом доме. Только Ноузи был его компаньоном. Вдруг он вспомнил, жак терялись его бараны и как радовался Ноузи, отыскав их. Зак очень любил пса.

— Скажите Мэнди, что Ноузи… мой подарок ей. — Он оглянулся. Ему не хотелось уходить, не попрощавшись с ребенком. — Может быть, это поможет ей легче перенести разлуку со мной.

— Нет, — Кэйт прошептала решительно, — он роется в моих розах, стоит мне только отвернуться.

Поразительно! Зак удивленно посмотрел на нее: он и не мог вообразить, что она откажется от собаки, к которой так привязана девочка.

Заметив его удивление, она сказала:

— Так было и прошлой ночью. От него одно беспокойство.

— Миранда привязалась к Ноузи. Разве нельзя смириться с несколькими норами в розах, Кэйт? Неужели эти цветы важнее.

— Я же сказала: нет. — В глазах у нее стояли слезы.

— Кэйт…

— Забирайте свою собаку и уходите.

— Это разобьет ей сердце. Она отняла руки от глаз.

— Мне не нужна собака. И я не хочу, чтобы вас увидели здесь. Надеюсь, Миранда поймет, что вы хотели к ней прийти, но не смогли.

Тишина на кухне стала давящей. Заку казалось, что его ботинки приросли к полу. Она такая… что трудно передать словами: печальная, одинокая, ужасно одинокая. Ему больше всего хотелось прикоснуться к ней, хотя бы дружески.

Когда Зак ушел, Кэйт положила руки на стол и уронила на них голову. Слезы стояли в ее глазах, но она сдерживала их: в любой момент могла войти Миранда.

Закария… Проживи она и сто лет, ей не забыть выражения его глаз. Такие глаза бывают у раненого зверя, но описать этот взгляд нельзя. Нет, это ничего не изменит, но если вдруг он поймет… Ей не хватило бы слов, чтобы это высказать.

Она не должна принимать в расчет его чувств. Бог свидетель, у нее и без того много тревог. Конечно, она не хотела оскорблять его. Ему тяжело перенести это, особенно от нее. Она в неоплатном долгу перед ним за жизнь Миранды.

Глубоко вздохнув, Кэйт поднялась. Миранда. Кто знает, где она пряталась. Хоть бы с ней не случилось того же, что после предыдущего визита Райана.

— Толстый поросенок джигу танцевал. А маленький котенок на дудочке играл. Поднимая лопату, Кэйт увидела за загородкой Миранду и подмигнула ей.

— Так вот, где ты спряталась, маленькая леди. Миранда, сидевшая на охапке свежей соломы, мрачно взглянула на нее.

— Я не могу вспомнить стишок. Кэйт улыбнулась.

— Девочка, моя, что ты такая хмурая? Если я расскажу тебе стишок про котенка, это тебя развеселит?

— У меня нет папы, и некому принести мне котенка. Ну почему это так?

Пораженная этим вопросом, Кэйт оперлась на лопату. После того, как Зак и Ноузи покинули дом, прошли уже сутки, но Миранда по-прежнему грустила.

— Понимаешь, Мэнди, я… Миранда спрыгнула с соломы.

— Не зови меня так. Это имя придумал для меня мистер Зак. Я ему разрешила меня так звать как лучшему другу.

— А я не твой друг?

Миранда сжала руки в кулачки и потерла глаза. Кэйт заметила, что ее губы дрожат.

— Ты заставила его уехать! Я слышала, как ты это сказала. Это ты виновата, что он ушел и забрал Ноузи. Я тебя ненавижу!

Кэйт словно-получила пощечину.

— Миранда, не огорчайся. Ноузи постоянно рылся в розах. Разве мы можем постоянно за ним присматривать? Его нельзя было оставлять здесь.

Миранда всхлипнула, повернулась, бросилась бежать и споткнулась о ноги вошедшего мужчины. Райан Блейкли схватил девочку за плечи, чтобы она не упала.

— Так это ты ненавидишь свою маму? Миранда задрожала от его прикосновения и испуганно посмотрела на мать. Кэйт тоже вздрогнула!

Она не слышала, как он приехал. — Райан, — негромко сказала она, — какой сюрприз.

— Не похоже.

Он удерживал Миранду, словно прикидывая, какое впечатление произвел на нее, затем отпустил.

Едва девочка выбежала из амбара, Кэйт дотянулась до черенка лопаты и крепко сжала его, хотя воспользоваться лопатой как оружием она отважилась бы лишь в том случае, если бы кто-то напал на Миранду. Собственная участь ее совсем не волновала.

— Как поживаешь? — Ничего, кроме этого дурацкого вопроса, она сейчас не могла придумать. Он прикоснулся к своей разбитой нижней губе.