— Вовсе нет. — Хавершем был как раз из тех, кто использует привязанность жены, чтобы добиться желаемого.

— А мне кажется. Потому что сейчас я знаю, что он умолял меня раскрыть семейную тайну, а сам в это же время таскался в Лондон, чтобы…

— Чтобы — что? — спросил Гэвин, когда Кристабель замолчала.

Она снова покраснела.

— Чтобы играть. И… и другое.

Другое? Гэвин напряг память, но не смог вспомнить ни о каких других грехах Хавершема. Выпивка? Да, кажется, он выпивал немало бренди, когда появлялся в клубе. Но ведь Кристабель выросла в армейской среде и должна бы привыкнуть к этому. Любовница? Об этом Берн ничего не слышал.

По выражению лица Кристабель было заметно, что она не собирается дальше обсуждать эту тему. Ладно, все выспросить у нее можно позже. К тому же сейчас это и не важно.

— Итак, вы отдали мужу ключ от сейфа? Кристабель отрицательно покачала головой:

— Его лакей умел вскрывать сейфы без ключа. Тот еще тип.

— Такой же, как я, хотите сказать? — улыбнулся Гэвин. Маркиза откинула голову назад, и ветер чуть не унес ее широкополую шляпу.

— Согласитесь, что взламывать сейфы умеет далеко не каждый.

— Это правда. — И далеко не каждый предаст свою жену ради карточного долга. Неудивительно, что маркиза не доверяет игрокам. Гэвин начинал сожалеть, что не потребовал тогда с лорда Хавершема иной платы. — И он так и не признался в том, что сделал?

Перед ними открылся прямой и длинный участок дороги, и лошадь прибавила шагу. Кристабель придерживала шляпу за длинные ленты.

— Я даже не знала, что их там нет, пока не стало слишком поздно. Когда принц вызвал меня и мы поговорили, я проверила содержимое сейфа и только тогда обнаружила, что они пропали.

— Они? — быстро переспросил Берн.

— Оно, — испуганно поправила сама себя Кристабель. — Содержимое.

— Вы сказали «они».

— Вы ослышались, — ответила Кристабель. По ее глазам было заметно, что она паникует.

— Ну-ну.

Черта с два он ослышался. Она повторила это дважды. Значит, собственность состоит из нескольких частей. Несколько драгоценностей? Документы? Скорее документы, учитывая интерес Принни. Какие документы?

— А куда мы едем? — неожиданно весело спросила Кристабель.

Гэвин сдержал улыбку. Весьма неуклюжая попытка сменить тему. Кристабель, очевидно, абсолютно правдивый человек, поэтому необходимость сохранять тайну кажется ей мучительной.

Значит, задача Берна — избавить ее от этого бремени. Уж если этот идиот Хавершем смог это сделать, то, несомненно, сумеет и Берн. Для этого просто надо затащить маркизу к себе в постель, где ей, кстати, самое место. Ни одна женщина не способна долго сохранять секреты в темноте спальни.

— Берн? — продолжала настаивать Кристабель. — Куда мы едем?

«Хорошо бы в постель», — подумал Гэвин, но вслух сказал:

— На Роттенроу, разумеется.

Он заметил, что маркиза с жадностью смотрит на поводья в его руках.

— А что? Вы хотите править? Лицо Кристабель осветилось.

— А можно?

Берн просто хотел пошутить, но разве можно отказать женщине, когда она смотрит так, словно ей предлагают ключ от города?

— А вы умеете править кабриолетом?

— Я правила фаэтоном. Это наверняка не сложнее.

— Фаэтоном? И ухитрились не перевернуться?

— Разумеется, нет! — возмутилась Кристабель. — Хочу вам сообщить, что я ни разу в жизни ни на чем не переворачивалась.

Скрывая усмешку, Берн передал Кристабель поводья:

— Тогда постарайтесь не перевернуться и сейчас, хорошо? Она улыбнулась с такой радостью, что ради этого стоило рискнуть лошадью.

— Клянусь, что не перевернусь.

Кристабель правила кабриолетом, как будто была рождена для этого, ни на минуту не теряя контроля над лошадью и умело усмиряя ее каждый раз, когда она пыталась своевольничать.

— Вам так нравится править? — спросил Берн с улыбкой.

— Больше этого я люблю только ездить верхом. В деревне я езжу всегда, когда могу.

— Тогда понятно, почему вы так хорошо это делаете. Никогда не видел, чтобы женщина — да и большинство мужчин, кстати, — так умело правила коляской.

Кристабель бросила на Берна сияющий взгляд:

— Некоторые женщины пригодны не только для спальни, знаете ли.

Берн усмехнулся:

— Думаю, мне стоит нанять вас в качестве кучера. Мои разъезды по городу от этого сильно выиграют.