Они могли быть только в одном месте. Она упала на колени и подняла тяжелое стеганое покрывало, которое свисало до пола с трех сторон кровати.

– Гризелда! Имоджин!

И действительно, что-то зашевелилось в темноте.

– Аннабел, это ты? – пискнула Имоджин.

– Вылезай, дорогая, все кончилось.

Секунду спустя Гризелда с Имоджин выкарабкались из-под кровати.

– Что произошло? – вскричала Имоджин в то самое мгновение, как Гризелда опустила глаза и, оглядев себя, поняла, что она покрыта пылью, пухом и клочками ваты, вылезшими из матраца. Ее визг прозвучал куда громче, чем вопрос Имоджин.

Через мгновение в дверном проеме появилась леди Блекшмидт.

– Леди Гризелда! – воскликнула она, остановившись так резко, что граф налетел на нее сзади.

– Все в порядке? – осведомился он, заглянув в комнату поверх головы леди Блекшмидт. – Вы ведь не пострадали?

– В порядке? – голосом, переходящим в визг, переспросила Гризелда. – Разумеется, я не в порядке, вы… вы, остолоп! Поглядите на меня! Я должна была быть на балу у леди Пенфилд несколько часов назад и… и посмотрите на меня! – На пуговице ее ротонды болтался клок пыли; вся она была покрыта тонким слоем беловато-коричневатой грязи, и огромное пятно красовалось на ее щеке в том месте, которым она, по всей видимости, прижималась к полу.

Мистер Барнет вошел в комнату вслед за графом.

– Вы! – с нарастающими визгливыми нотками в голосе воскликнула Гризелда, вытянув в его сторону указательный палец. – Это вы во всем виноваты! Как вы посмели впустить грабителей в комнату, когда там были мы! Как вы посмели!

– Они приставили ружье к моей спине, – ответил мистер Барнет, нервно потирая руки.

– Я позабочусь о том, чтобы вас лишили должности! – сказала Гризелда, надвигаясь на него. – Я позабочусь, чтобы вас лишили должности, если не за то, что вы подвергли меня и моих подопечных опасности, то за ужасную грязь в этом отеле!

– Но что именно вы и ваши подопечные делали в покоях джентльмена в столь поздний час? – вопросила леди Блекшмидт. – Я никак не ожидала подобного поведения от вас, леди Гризелда.

– Ничего предосудительного! – сказала Гризелда, отвернувшись от злосчастного мистера Барнета. – Мне с трудом верится в то, что вы могли даже предположить подобное после нашего многолетнего знакомства!

– Поскольку мне выпала честь пресечь грабеж в самом разгаре, – заметила леди Блекшмидт, – то, полагаю, мне должны дать разумное объяснение.

– Мы вам ничего не должны, – величественно ответствовала Гризелда. – Если вы не уважаете меня настолько, чтобы, не задумываясь, принять на веру то, что я никогда не стану участвовать в неблагоразумном деянии, то мы более не подруги!

– Моя карета сломалась по пути на бал, – сообщил граф, выступив вперед. – Леди Гризелда и ее подопечные просто сопровождали меня в отель, когда нас схватили вооруженные люди.

Леди Блекшмидт посмотрела на него.

– Мне известно, кто вы такой, – медленно промолвила она. – Вы тот шотландец, который выставил себя на посмешище в бальном зале. Вас вроде как считают, или считали, завидным женихом.

Он поклонился:

– К вашим услугам.

Она снова повернулась к Гризелде:

– Несмотря на то что я крайне сочувствую вашему положению и в особенности плачевному состоянию вашей одежды в данный момент, я просто хотела бы заметить, что присутствие этих юных леди, одна из которых, – она кивнула в сторону Имоджин, которая пыталась отчистить грязь с ротонды, но добилась только того, что та стала еще заметнее, – учинила скандал не далее как два дня тому назад вот с этим самым господином, наводит на подозрения. Это все, что я вам скажу по этому поводу. Я не стану строить предположений, я просто…

Она запнулась и шагнула назад, когда Гризелда двинулась на нее. Обыкновенно Гризелда походила скорее на очаровательного ангела в женском обличье, чем на карающего архангела Михаила. Но в данный момент выражение ее лица было столь ледяным, что, дабы противостоять ей, потребовалась бы более сильная духом особа, нежели леди Блекшмидт.

– Эмили Блекшмидт, – процедила она сквозь зубы, – если вы когда-нибудь хоть словом обмолвитесь об этом происшествии или один из ваших слуг шепнет что-нибудь своему другу, то вы дорого за это заплатите!

Леди Блекшмидт нервно хихикнула.

– Что ж, полагаю, сама я едва ли что-нибудь скажу, но что до слуг, вы же знаете, что…

– Даже не доканчивайте это предложение, – отрезала Гри-зелда. – Ваши слуги вышколены не хуже моих! Извольте поручиться, что они ничего не скажут!

– Я определенно не понимаю, отчего вы принимаете это так близко к сердцу. Естественно, я предупрежу слуг, чтобы они не распространялись об этом необычном вечере. Я посоветую им не обращать внимания на тот факт, что мисс Эссекс находилась в обществе графа, на котором не было одежды, тогда как вы прятались под кроватью в совершенно отдельной комнате!