– Итак, вы, судя по всему, что-то замышляете? – спросил он у нее, улыбнувшись.

– Мы просто кое-что обсуждали, – ответила она.

Он с трудом поборол желание поцеловать ее в пухлые губки, что непременно бы сделал при иных обстоятельствах. Теперь же, в присутствии всех родственников и гостя, он обязан был сдерживать чувственные порывы, тем более что Сарала пока еще не дала официального согласия стать его супругой.

– Приглядывай за Пенелопой, – шепнул он ей. – Она продаст все твои секреты за пакетик леденцов.

– Понятно. Так у тебя уже припасен один, чтобы купить их?

– Поищи в кармане, может быть, найдешь, – ответил Шей.

– Попробую, но чуточку позже. – Она улыбнулась.

У него пересохло во рту. С ней было трудно оставаться джентльменом, она постоянно провоцировала его на необдуманные поступки. И вела себя далеко не как наивная девственница, впервые отправляющаяся на званый бал в надежде найти жениха. Очевидно, она знала, как свести его с ума, хорошенько изучив его во время торга из-за китайского шелка.

– По-моему, сегодня тебе нужно надеть костюм сирены. Мне хочется разбиться о скалы, повинуясь твоему голосу.

– Не пытайся даже угадать, во что я буду одета, – с лукавой улыбкой проворковала Сарала. – И мне бы не хотелось, чтобы ты разбился о камни, – воздержись пока от этого неразумного шага.

Она обернулась и вновь взглянула ему в глаза – он прочитал в них желание уединиться с ним в укромном уголке и предаться там безумству. Представив на миг, что он овладеет ею наконец, Шарлемань утратил контроль над собой, и брюки его до неприличия оттопырились.

– Сегодня на балу будет моя тетя Тремейн, – брякнул он первое, что пришло ему в голову, чтобы слегка умерить свой пыл. – Мы приглашали ее на ужин, однако она отказалась, заявив, что за столом и так соберется едва ли не целый батальон. Забавно, не правда ли?

Складка на брючине была испорчена, как ни пытался он вообразить себя пчелкой, собирающей нектар с цветов. Поняв причину его смущения, Сарала рассмеялась.

– Я буду рада с ней познакомиться, – сказала она. – у вас еще много родственников, которых я пока не знаю?

– Нет. Если не считать нескольких дальних, с которыми мы мало общаемся. Вообще-то все аристократы так или иначе связаны кровным родством. Нужно только покопаться в их корнях.

– Лучше не копать слишком глубоко, – сказала Сарала. – Меня, например, вполне устраивает и то, что я дочь маркиза Ганновера, пусть и получившего свой титул в связи с трагическими обстоятельствами» Соревноваться с кем-то в родовитости и знатности я не собираюсь, Мне это не интересно.

Шарлемань был немало удивлен такими словами, потому что на протяжении всей своей жизни едва ли не ежедневно становился свидетелем жарких споров о чьем-то превосходстве.

– Ты необыкновенная женщина, Сарала, – сказал он.

– Моя мама называет меня сумасбродкой. Такое определение мне больше по душе, – сказала она.

Стэнтон объявил, что ужин готов, и вместе с остальными они прошли в столовую.

– Какой костюм вы наденете на бал? – спросила Сарала. Вопрос застал Шарлеманя врасплох. Обычно он никогда не надевал маску, считая это пустой затеей. Но теперь, когда он пригласил Саралу на маскарад, было бы логично соблюсти традицию. После переезда в собственный дом его брата Закери осталось несколько забавных масок.

– Раз вы не хотите раскрыть мне ваш секрет, то и не ждите, что я раскрою свой.

В следующий момент к ним подошла Пенелопа и заговорила с Саралой. Шарлемань подозвал Стэнтона и сказал ему:

– Пусть мой лакей Кейн осмотрит покои Закери и подберет для меня подходящую маску.

– Будет исполнено, милорд! – шепнул ему дворецкий.

Вернувшись за стол, Шарлемань обнаружил, что Сарала сидит между его племянницей и Мельбурном. Это его вполне устраивало. Чем больше герцог и его дочь будут с ней общаться, тем скорее они найдут общий язык. Шарлемань занял стул между Пенелопой и Джоном Делейном. Лакеи стали подавать на стол блюда.

– Как я догадываюсь, вы лорд Шарлемань? – сказал его сосед, протягивая ему руку.

– Да, – пожав ее, ответил Шей. – Извините, что я не успел вам раньше представиться.

– Пустяки. Так это вы сделали предложение Сарале? Шарлемань кивнул, не оставив без внимания то, как по-свойски назвал собеседник его невесту.

– Это так, – сказал он. – Маркиз Ганновер сообщил мне, что вы находились в Индии в то же время, что и они.

– Это правда. У меня там наше семейное имущество, я должен был проконтролировать его продажу. Но в результате задержался в Дели на два года. Индия – необыкновенное место.