– Нам с Саралой будут завидовать, – пожав плечами, сказал Шей, обнимая невесту за талию.

Она преисполнилась чувством огромной благодарности к нему за поддержку. Мельбурн же явно был не в восторге от ее затеи. Он довольно-таки сердито взглянул на сестру и хмыкнул. Другие же присутствующие мужчины разделяли точку зрения Шея. Отец Саралы усмехался и покачивал головой.

Не упрекнул герцог только Пенелопу, однако и комплимента ей он тоже не сделал. В вестибюле он молча передал ее под опеку гувернантки и стал надевать шляпу и перчатки.

– А где же твоя маска? – спросила Сарала у Шарлеманя.

– Проклятие! Чуть было не забыл о ней. – Он побежал наверх по лестнице.

– Вот теперь ты стала похожа на ту Саралу, которую я помню по Индии, – шепнул ей Делейн и предложил взять его под руку.

Сарала сделала вид, что не заметила этого жеста, и поправила украшение на своем головном уборе.

– По-моему, в таком наряде вам не доводилось меня видеть, милорд, – подчеркнуто холодно ответила она.

– Возможно, однако именно такой я тебя всегда и представлял себе, когда вспоминал, – ответил он.

Вскоре вернулся Шарлемань, держа в руке маску.

– Ну и что ты на это скажешь? – спросил он.

– Это же лик дьявола! – Сарала изумленно распахнула глаза.

Шарлемань разразился сатанинским смехом и увлек ее к выходу. На площадке парадной лестницы он отметил, что рубин чудесно гармонирует с ее головным убором.

– Как и твоя заколка на галстуке с этой полумаской красного цвета, – сказала Сарала.

Элеонора взяла ее под руку и изъявила желание сесть в одну карету с остальными дамами.

– Я не отпущу ее сегодня от себя ни на шаг! – заявил Шей.

– Лорд Ганновер! Мне надо обсудить с вами один земельный вопрос, – сказал Закери, предлагая леди Ганновер взять его под руку.

На какое-то время все позабыли о Джоне Делейне. Виконт растерянно переводил взгляд с одной кареты на другую, и радостная улыбка медленно сползала с его лица. Наблюдая за ним, Сарала втайне ликовала. Он явно рано радовался, что попал в круг избранных, и чувствовал себя лишним среди родовитых аристократов.

Мельбурн что-то шепнул Закери, направляясь к карете Деверилла, младший брат обернулся и сказал виконту:

– Поезжайте с нами, Делейн!

Лорд Деверилл заметил, когда карета тронулась с места:

– Как это вы чуть было не забыли старого приятеля вашей семьи, леди Сарала?

Она только пожала плечами в ответ, сидя между герцогом и Шарлеманем. Однако, помолчав, все же ответила:

– Герцог Мельбурн оказал нашей семье и без того большую честь, пригласив нас на такое торжество. Моему отцу не следовало просить его еще об одной услуге.

– Вы критикуете во всеуслышание отца? – промолвил, глядя в окошко кареты, Мельбурн.

– Себастьян! – холодно одернул его Шарлемань.

– Я критикую его за излишнюю душевную доброту. Как показывает обретенный мной в высшем обществе опыт, это качество не в почете среди аристократов. Для них главное – пустить пыль в глаза.

Герцог рассмеялся:

– А теперь вы возражаете мне!

– Вам виднее, ваша светлость.

– Если кто-то считает, что в этой карете тесно, то я могу отвезти Элеонору домой, – сказал Деверилл и погладил супругу по руке. – И сделаю это с превеликим удовольствием.

Она потрепала мужа по колену и проворковала:

– Наберись терпения, Валентайн, тебе еще придется сегодня танцевать со мной.

Возле особняка графа Уэкстона к их прибытию туда собралась уже добрая половина экипажей лондонской знати. Выглянув в окошко, Элеонора с улыбкой воскликнула:

– Ханна Дайсон снова надела костюм пастушки! Бедняжка!

– Очевидно, ей нравятся овечки, – ответил Деверилл, выходя первым из кареты и подавая руку супруге.

Сарала вдруг отчетливо осознала, как разительно отличаются они в своих индийских костюмах от остальной публики, и запаниковала. Не подвергла ли она помолвку с Шеем неоправданному риску? Высший свет может воспринять ее затею как дерзкий вызов устоям.

– Я впервые вижу столько людей, собравшихся в одном доме! – воскликнула она, очутившись в просторном холле. – Возможно ли свободно передвигаться в такой толпе?

Шарлемань рассмеялся. Лично он пока еще не отходил от Саралы ни на шаг.

– Фокус в том, чтобы двигаться в одном направлении с общим потоком. А вот и тетушка Тремейн!

– Как вам удалось узнать меня, проказник? Я ведь в маскарадном костюме! – ответил ему густой женский голос.

– Я не могу лишь понять, в чей именно костюм вы переоделись, – сказал Шей, наклонившись, чтобы чмокнуть тетю в щеку.