– Вы знаете, кто этот пират, сэр? – спросил Рок.

Спотсвуд многозначительно кивнул:

– Одному моряку удалось сбежать с корабля и доплыть до берега. Он немедленно явился ко мне и все рассказал.

– И что же? – настаивал Рок.

– Имя капитана – Логан. До нас доходило, что он плавал с Золотым Рогом и Вейном. Вы его знаете?

– Логан! – вскричала Скай. «Логан», – повторила она про себя, чувствуя, как кровь отхлынула от лица. Логан, жестокий, безжалостный, беспощадный – и свирепо ненавидевший ее! Что он хочет сделать с ее отцом?

Она вспомнила его крюк, заменявший ему руку, и лицо ее исказила гримаса. Вспомнила его узкую безжалостную физиономию. Вспомнила, как он пришел в ярость, когда бой закончился, как требовал ее в качестве своей добычи.

– Ты знаешь этого пирата? – настойчиво спросил ее Спотсвуд. Она посмотрела ему в глаза и кивнула. Она доверяла ему; он сделает все, что сможет. Некоторые считали, что он слишком упрям и несговорчив, но Скай всегда была привязана к нему. Он родился в Танжере, на северо-восточном берегу Африки, где служил его отец. Да ведь и сам он – искатель приключений, думала Скай, человек, всегда готовый ответить на вызов, решительный и энергичный.

– Я знаю Логана, – пробормотала она, прилагая все усилия, чтобы не разрыдаться. – Я боюсь, что он убьет отца.

– Чаю! – сказал генерал-губернатор. – Вы должны выпить чаю и что-нибудь поесть. Потом принять хорошую горячую ванну и как следует выспаться. После сна в мире станет гораздо светлее.

– Я должна что-то делать! – закричала она.

– Может быть… – начал Спотсвуд, но Рок возразил:

– Сэр! Неужели вы хотите опять подвергнуть эту девушку опасности после всего, что она перенесла? Я выведу в море «Леди Елену» и отправлюсь в погоню за Логаном.

Он положил руку на плечо Скай, давая понять, чтобы она села.

– Любовь моя, вы не будете делать ничего! Вы можете остаться в Уильямсберге или возвратиться в Камерон-Холл, но вы не выйдете снова в море.

Он отвесил поклон губернатору:

– Сэр! Я собираюсь отправить своих слуг домой, проследить за тем, чтобы «Леди Елена» была готова к отплытию.

– Я позабочусь о завтраке, Петрок, – промолвил губернатор вслед ему. Он улыбнулся Скай: – Все будет хорошо, Скай, я уверен.

Она устремила на него встревоженный взгляд:

– Сэр! Вы не знаете Логана. Я видела его.

– Где же?

– На острове Ныо-Провиденс.

– Гм! Этот рассадник беззакония скоро перестанет существовать, клянусь! – Он подал ей чашку чаю и подмигнул. – Сюда добавлена капля виски и меда, Скай. Укрепляет нервы. Значит, ты знаешь Логана?

– Да!

– Он такой же бешеный, как Серебряный Ястреб?

Скай опустила глаза и покачала головой:

– Серебряный Ястреб совсем другой человек. Логан – жестокое чудовище, а Ястреб…

– Да, дорогая, расскажи мне. Меня крайне интересуют эти разбойники!

– Логан жесток, – пробормотала она, – а Ястреб – нет.

– Говорят, Логан курсирует между островами к югу от нашей колонии, в Северной Каролине. Вор вора всегда найдет!

Он подошел к ней, опустился на одно колено и через ее плечо опасливо заглянул в холл, как будто боялся, что внезапно вернется ее муж.

– Говорят, Серебряный Ястреб в Виргинии.

У нее перехватило дыхание, она судорожно вцепилась в ворот блузы:

– Но… тогда… почему бы вам не схватить его? Ведь вы наверняка собираетесь повесить этого человека!

– Очень уж он ловок, дорогая моя. Я не могу к нему подобраться, во всяком случае сейчас. Он мастер растворяться в ночи. Однако до меня дошел слух об одной таверне по дороге на Джеймстаун, на полуострове. Там собираются разбойники всех мастей, миледи! И я слышал, что Серебряный Ястреб там, прибыл прошлой ночью.

– Зачем вы мне это рассказываете? – прошептала Скай. Она оглянулась – не вернулся ли муж? Ее сердце гулко забилось. В душе ее затеплилась надежда.

– Ты провела в плену много дней? – спросил Спотсвуд.

Она кивнула.

– Он хорошо обращался с тобой?

– Э-э… да.

– Тогда, возможно, удастся их стравить. Пусть он сначала поможет нам, а повесить его мы всегда успеем!

– Сэр…

– Ш-ш! Твой муж возвращается.

«Он мне не муж!» – хотелось крикнуть ей, но она вспомнила его слова о том, что истину нельзя изменить, отрицая ее.

Она вся трепетала, охваченная мучительным чувством вины. Он был так благороден во всем. А может быть, нет? Вот прошлой ночью… Прошлой ночью он был не столь благороден, он был мужчиной, мужчиной, который претендовал на нее как муж. Он коснулся ее и разбудил ее, и, вероятно, не его вина была, что она грезила о другом, что их образы в ее сознании слились.