Шрифт:
Верджил повернулся к Бьянке и взял ее за подбородок.
– Думаешь, так нам проще будет продолжать связь? Вряд ли Пен одобрит ее, независимо от того, какие у меня намерения по отношению к тебе. Да и я не готов поставить под удар твою репутацию.
– Но я думала…
– Что выбираешь между браком и любовной связью? «Не совсем замужем», как ты изволила выразиться? Об этом не может быть и речи, дорогая. Опытной женщиной тебя не назовешь – ты пока несовершеннолетняя незамужняя девушка. Если кто-то догадается, никакие предосторожности нас не спасут.
– Вчера… прошлой ночью ты говорил так, словно…
– Я имел в виду брак, а не пошлую связь.
– Пошлую? Ты считаешь пошлым то, что произошло между нами? А меня – меня ты тоже считаешь пошлой?
– Успокойся, я вовсе так не считаю, но в обществе все преподнесут именно так, и мы оба это почувствуем. К тому же жить, скрываясь, под покровом ночи проскальзывая к тебе через черный ход, – это не по мне, так я принизил бы то, что есть теперь между нами, и совершенно задушил бы нашу любовь. Для тебя продолжать связь без брака также негоже, ведь ты можешь забеременеть – один раз, как ни старался, я все же проявил неосторожность.
Больше всего Бьянка боялась этого отказа. Ее сердце разрывалось, причиняя невыносимую боль; слезы готовы были хлынуть из глаз.
Верджил, успокаивая, обнял ее, и она спрятала лицо у него на груди.
– Почему ты оберегал меня? Если ты хотел на мне жениться, почему ты…
Бьянка чувствовала сильные, нежные объятия Верджила. Он поглаживал ее по спине, и она упивалась каждым мгновением, зная, что оно может стать последним воспоминанием об их любви.
– Я уже сказал тебе почему. Я никогда не хотел принуждать тебя к чему-либо, чего ты не захочешь сама.
Верджил помог Бьянке забраться в экипаж. Пенелопа, сидя напротив, вяло улыбнулась ему, а затем растерянно посмотрела на странную девушку, которая упрямо не желала, чтобы с ней поступили должным образом.
Данте, стоя на пороге особняка, не мог скрыть своего потрясения. Его брат соблазнил невинную девушку! Это буквально оглушило его. А уж то, что она потом не пожелала, чтобы соблазнитель – дворянин-землевладелец – спас ее честь… Подобное развитие событий Данте в лучшем случае считал безумством, а в худшем усматривал в этом нечто подозрительное.
Верджил, нагнувшись, притянул Бьянку к себе и приник к ее губам долгим поцелуем, словно демонстрируя сестре и брату, что грешник ничуть не сожалеет о своем поведении.
Он еще продлил поцелуй, и Бьянка воспрянула, вспомнив о собственной необузданной страсти.
Оторвавшись от ее губ, Верджил захлопнул дверцу экипажа, и повозка тронулась. Он, не отрываясь, смотрел вслед, пока экипаж не скрылся из виду. Этим поцелуем ему, возможно, придется жить еще очень долго – всю оставшуюся жизнь.
Данте вышел из дома и, присоединившись к Верджилу, тоже уставился на опустевшую подъездную дорогу.
– Во всем этом абсолютно отсутствует логика, Вердж!
Но логика, причем железная, была. Верджил стал помехой планам Бьянки; жизнь, которую он предлагал ей, не соответствовала ее ожиданиям, и с ее желанием хорошенько подумать, прежде чем дать ответ, невозможно было спорить. В отличие от большинства девушек Бьянка мечтала не о замужестве и семье – она соглашалась отказаться от них вовсе, если это послужит преградой ее занятиям искусством. Будь она после сделанного ей предложения счастлива до безумия, ее радость тут же испарилась бы, едва она осознала бы все последствия.
Какие преимущества давал ей брак с Верджилом? В его деньгах, которых не так уж и много, она не нуждалась, а его положение в обществе для нее и вовсе ничего не значило. Ни финансовая, ни какая-либо другая поддержка ей не требовалась, а участие виконта в деле заставляло ее усомниться в искренности его намерений.
Верджил мог сказать то же, что однажды сказал о себе Данте: «Я не могу дать девушке ничего, кроме удовольствия».
А этого было явно недостаточно.
Глава 17
В последнее время Верджил избегал Адриана Бершара, но дальше так продолжаться не могло – ему нужно было поделиться с кем-то занимавшими его мыслями.
Не всеми. То, о чем он хотел говорить, не касалось Бьянки. Если бы он решился доверить кому-то этот секрет, то никогда не выбрал бы в поверенные Бершара. Возможно, он обратился бы к Сент-Джону. Верджил почти не сомневался в том, что женитьбе Сент-Джона предшествовала любовная связь.
Он вспомнил, как, что-то заподозрив, осуждал друга за это и даже думал порвать с ним. Ему тогда казалось непростительным со стороны Сент-Джона соблазнить проживавшую в его доме молодую кузину, за которую он нес ответственность. Тот факт, что Диана, как теперь стало известно Верджилу, кузиной Сент-Джона не являлась, ничего не менял.