Неожиданно в зал вошел странствующий священник, и Эдвард сразу отпустил ее руку. Ребекка, воспользовавшись моментом, пребольно ущипнула его за бедро. Затем с невинным видом ополоснула руки и принялась за еду.

Эдвард понимающе улыбнулся. Она в ответ усмехнулась и бросила на него торжествующий взгляд. Эдвард подумал, что, наверное, отец сообщил ей об условиях, на которых передает ему власть. А с другой стороны, разве было так, чтобы он не спрашивал ее мнения?.. Но задавать этот вопрос вслух он не стал.

– Как прошла твоя беседа с отцом? – спросил Эдвард и увидел, как торжествующее выражение сползло с ее лица. Он приосанился.

– Отлично. – Он увидел, как она нахмурилась и с невозмутимым видом отвернулась от него.

Наполнив кубок вином, Эдвард поднял его, салютуя ей.

– Мы еще посмотрим, кто из нас более опытный, – проворчала Ребекка себе под нос.

– Он так тебе это объяснил? Что тебе не хватает опыта? – Короткий смешок сорвался с его губ.

Выражение ее лица свидетельствовало, что она с радостью откусила бы свой предательский язык. Он расхохотался.

– Нет... да... Я не хочу об этом говорить. – Она обиженно отвернулась от него и заговорила с женой Натана.

Эдвард похлопал ее по бедру и прислушался к их беседе.

– Видишь ли, Лорели, на протяжении многих веков женщины совершали немало ошибок. Но худшей из них было то, что они допустили мужчин... – Последние слова Ребекка прошептала ей в ухо, а затем повернулась к Эдварду.– Этот разговор тебя не касается. – И, снова склонившись к Лорели, продолжила: – Женщины не сознают, какую власть имеют над мужчинами... Вспомни хотя бы Клеопатру...

– Ох, Лорели, надеюсь, ты не принимаешь всерьез эту чушь! Клеопатра была злобной и распутной женщиной, – строго произнес Эдвард, глядя на Ребекку.

– Тебе-то что за дело? – буркнула она сердито.

– Кончай свою трапезу, дорогая, и прекрати забивать голову Лорели глупыми мыслями. – Раздраженный Эдвард отвернулся от женщин.

– Самый лучший способ подчинить себе мужчину – это позволить ему думать, что он главный. А когда дело дойдет до важных решений, принимать их самой.

Повернувшись, Эдвард увидел, что Ребекка успокаивающе гладит Лорели по руке.

– Подробно мы поговорим позднее, а пока, если Натан будет вести себя не так, как положено благородному человеку, просто откажись за ним ухаживать.

Лорели тяжело вздохнула.

– Ох, я не смогу, наверное.

– Что значит – не смогу? Попробуй хоть раз! В теперешнем состоянии Натан ничего тебе сделать не сможет. Да и не думаю, что он когда-нибудь причинял тебе вред. Это на него не похоже.

– Впрочем, если он снова будет вести себя так же грубо, как теперь... Ладно, я попробую... – В голосе Лорели зазвучала надежда.

«Бедный старина Натан!» Эдварду почему-то понравилась мысль о том, что жена Натана станет со временем такой же, как Ребекка.

– Но, Лорели, позаботься, чтобы ему обязательно доставалось это... – Эдвард крепко поцеловал Ребекку в губы, несмотря на ее сопротивление, – и это. – Он подхватил Ребекку на руки и невозмутимо пронес ее через весь зал к лестнице.

Ребекка мило покраснела и прошептала:

– Отец очень рассердится на тебя... – Она обворожительно улыбнулась кому-то за его спиной.

Эдвард оглянулся через плечо. Там стоял странствующий священник, вид у него был хмурый. Эдвард быстро опустил Ребекку на пол.

– Уважаемый сэр, разве это не леди Ребекка, жена Руперта Керкгарда? – взволнованно спросил священник.

– Да, но произошло досадное недоразумение, святой отец. Она должна была стать моей женой. Вам известно, что сейчас происходит между Керкгардами и Кавена? – Эдвард почувствовал, что краснеет.

Священник решительно подошел к нему.

– Пожалуйста, извините нас, леди Ребекка. Не вернетесь ли вы в главный зал? – Священник взял Эдварда за руку и словно овечку повел его за собой.

Эдвард шел и размышлял, не вытащить ли ему меч и не научить ли этого человека, как следует обращаться с вождем клана. Однако страх перед гневом Господа его остановил. Он позволил вывести себя из зала и выслушал сердитую отповедь, которую прочитал ему этот хруп-264 кий на вид человек.

Щеки Ребекки пылали, она не могла себя заставить вернуться в зал. Тревога бурлила в ее груди при мысли об Эдварде, обреченном выслушивать наставления священнослужителя. Однако она осознала, что священник прав, и, вернувшись в зал, спокойно заняла свое место. При виде испуга на лице Лорели она не смогла удержаться от смеха.