– Так Ленард на самом деле порвал с Беатрис?

Клеменси покачала головой. Она не намеревалась вдаваться в подробности своего обручения – Кэрри была бы шокирована. С другой стороны, Клеменси претило лгать. И она вывернулась:

– Полагаю, все было так, как объяснила тебе Беатрис.

На минуту воцарилось молчание, которое нарушила Клеменси:

– Знаю, о чем ты сейчас думаешь. – Она криво усмехнулась. – Полагаешь, что Ленард прилепился ко мне после того, как потерпел фиаско с другой женщиной? Я задавала ему этот вопрос, но он ответил отрицательно.

– Может быть, он всегда был влюблен в тебя? – оптимистично предположила Кэрри. – Ты долго отсутствовала, пока училась в колледже… Возможно, он ждал тебя все это время?

– Ты неисправимый романтик. – Клеменси грустно улыбнулась. В глубине души она хотела, чтобы было так, как предполагала подруга. – Нет, я не тешу себя мыслью, что Ленард питал ко мне глубокие чувства, и, может быть, он действительно сделал мне предложение после того, как его оставила другая женщина. – Глаза подруг встретились, и Клеменси чистосердечно призналась: – Но я в самом деле люблю Ленарда.

Клеменси согласилась на брак с ним ради того, чтобы сохранить очаг предков. Но, с другой стороны, в ее сердце действительно жила любовь к Ленарду, какие бы нелицеприятные слова Клеменси не говорила в его адрес. И именно это чувство сбивало ее с толку: как можно любить человека, которому не доверяешь?

– Я действую, повинуясь инстинкту, Кэрри, – тяжело вздохнув, призналась Клеменси, – и, честно говоря, у меня нет стопроцентной уверенности, что мои действия правильны.

Кэрри рассмеялась.

– Кто может быть на сто процентов уверен в правильности своих поступков? На мой взгляд, вы абсолютно подходите друг другу. Ленард прекрасный человек, а ты достойна лучшего из лучших мужчин.

После встречи с подругой Клеменси вернулась домой с кучей покупок и в приподнятом настроении. Как ни странно, но ей доставило удовольствие выбирать вместе с Кэрри свадебное платье… и представлять себя женой Ленарда Рейнера.

Клеменси подошла к зеркалу и сделала вывод, что выглядит теперь лучше, чем несколько недель назад. Может быть, брак по расчету позволит мне не только сохранить родительский дом, но и укрепить, развить отношения с Ленардом? – с робкой надеждой спрашивала себя Клеменси. Может быть, к этому времени на следующий год он вдруг влюбится в меня и не захочет, чтобы наш брак был расторгнут? Взгляд Клеменси упал на фотографию отца, и в тот же миг ее пронзила острая боль, вернув к реальности. В чем я пытаюсь убедить себя? И зачем? Ведь Ленард Рейнер погубил отца! Как я могу доверять такому человеку, а тем более любить его?

Было почти восемь часов вечера, когда раздался звонок в дверь. Если это Ленард, значит, он приехал на полчаса раньше назначенного времени.

Клеменси поспешила в прихожую, попутно взглянув в зеркало и убедившись, что выглядит неплохо. Когда она открыла дверь, перед ней предстал Ленард с большим букетом в руках.

– Еще цветы? Спасибо!

Она приняла букет и зарделась, когда Ленард наклонился, чтобы поцеловать ее. В последний момент Клеменси чуть повернула голову, и губы Ленарда лишь коснулись ее щеки.

– Пахнет чем-то вкусненьким, – заметил он, спустя несколько секунд, ничуть не обескураженный неудачей.

– Я готовлю жаркое. Но ты приехал немного раньше…

– Целых четыре дня я тебя не видел, и мне не хотелось ждать еще полчаса.

– Ленард, я же помню, как говорила тебе, что в душе я романтик. Но, с другой стороны, я прекрасно понимаю, что наш брак будет просто сделкой. Так что не трать силы на елейные речи.

Она провела его в гостиную и только хотела скрыться за дверью, как Ленард схватил ее за руку и, глядя прямо в глаза, отчеканил:

– Да, мы решили заключить сделку. Но я с самого начала недвусмысленно дал тебе понять, что частью ее должно быть стремление обеих сторон поддерживать добрые отношения. Я хочу, чтобы наш фиктивный брак как можно больше походил на настоящий и чтобы мы оба стремились к этому.

На лице Клеменси не дрогнул ни один мускул.

– Но мы еще не женаты, и, мне сдается, нет никакого смысла пытаться внушать себе чувства, которые на самом деле отсутствуют.

Ей стоило больших усилий сказать это. Готовя ужин, Клеменси только и думала, что об их отношениях. Она ни на минуту не забывала, что Ленард, предлагая ей выйти за него замуж, исходил из сугубо деловых соображений, как не забывала и о том, сколь жестоко он обошелся с ее отцом. Клеменси также отдавала себе отчет в том, что ей следовало распрощаться со всеми романтическими иллюзиями, которые туманили ее мозг, иначе через год, когда их брачный контракт закончится, она останется с разбитым сердцем.

– И все-таки нам следует сообща начать движение в том направлении, в каком мы его запланировали, – сказал Ленард.

Клеменси хотела, было вырваться, но он притянул ее к себе и крепко поцеловал в губы. Клеменси почувствовала, что в ней разгорается такой же пожар, каким охвачен в эту минуту Ленард. Сам факт, что этот мужчина с легкостью возбудил в ней страсть, вызвал у нее яростный протест, но поздно: Клеменси уже ничего не могла поделать с собой, чтобы противостоять пожирающему ее невидимому огню.