Лаки продолжала молча смотреть на них.

– Эй, милочка, – Джонни наклонился еще ближе, – оживись. Ты чересчур серьезная. На Микки тяжело работать, верно? Хочешь мой автограф?

«У меня на заду», – подумала Лаки.

Не дожидаясь ответа, Джонни щелкнул пальцами. Один из сопровождающих выступил вперед с подписанной фотографией.

– Эх, доставлю-ка я тебе удовольствие и подпишусь лично, – расщедрился Джонни. – Как тебя зовут, крошка?

– Люс, – пробормотала Лани.

– Люси. Значит, я напишу «Люси», – сказал Джонни и поставил неразборчивую закорючку на фотографии. «С любовью. Джонни Романо» было уже на ней напечатано.

Он торжественно протянул ей фотографию.

– Скажи своему боссу, что я приходил. И развеселись, слышишь? Так тебе велит Джонни Романо.

Большое дело, твою мать!

Неожиданно Лаки поняла, что имел в виду Микки. Актеры! Да пошли они все!

Когда она заберет все в свои руки, дела здесь пойдут совсем по-другому.

Телефонный звонок разбудил Джино в три утра.

– Мэри Лу рожает, – торопливо сообщил Стивен. – Ты не можешь приехать в больницу?

Джино схватился за одежду.

– У нас будет ребенок, – обрадовался он.

– Мэри Лу сейчас в родильном отделении, – произнес Стивен испуганным голосом.

– Я уже еду, – заверил его Джино.

– А где Лаки?

– Постараюсь связаться с ней.

– Она должна быть с нами, – настаивал Стивен. – Мэри Лу про нее спрашивала.

Джино был доволен. Несмотря на его возражения, Бобби жил в Англии, и он почти его не видел. Теперь Стивен и Мэри Лу подарят ему еще внука или внучку. Знаменательное событие.

Он быстро оделся, позвонил швейцару и заказал такси. Затем спустился вниз.

Стивена он застал вышагивающим по холлу больницы.

Джино похлопал его по плечу.

– Давай, успокойся. Сядь. Такое каждый день случается, сам знаешь.

– Только не со мной, – мрачно сказал Стивен.

– А тебе не надо находиться там с ней?

– Она не хочет, – пожал плечами Стивен. – Выгнала меня.

– Это почему?

– Там ее мать. Знаешь ведь, как с этими матерями. Она дама старомодная, не хочет, чтобы муж там присутствовал. Ну, я не против. Кому захочется это видеть? Просто ужасно.

Джино засмеялся.

– Я через такое дважды прошел. Когда Лаки родилась. И потом Дарио. Жаль, что меня не было, когда родился ты, Стивен.

То был особый момент. Их глаза встретились, затем они продолжили разговор как ни в чем не бывало.

– Лаки нашел? – спросил Стивен.

– Пытаюсь, – ответил Джино. – Не волнуйся. Она не пропустит момент стать теткой.

Мэри Лу родила девочку весом в семь фунтов десять унций в восемь утра. Назвали ее Кариока Джейд.

Когда Джино вернулся домой, то позвонил Лаки в Калифорнию и сообщил новости.

– Ой, надо же! – воскликнула она. – Я все пропустила. Роды, видимо, преждевременные. Они обе в порядке?

– Все нормально, – уверил он ее. – Мэри Лу справилась с этим отлично.

– Пошлю цветы. Какая жалость, что меня не было. Единственное, что радует, так это то, что на следующей неделе я возвращаюсь.

– С чего ты это взяла? – возмутился он. – Ты принимаешь студию. Вот когда тебе придется действительно подолгу бывать в Лос-Анджелесе.

– Наверное, ты прав. Но, по крайней мере, я смогу делать что захочу. Могу летать в Нью-Йорк на выходные. Вот налажу все на студии, тогда… – Неожиданно она сообразила. – Господи, на это же потребуется время, верно?

– Именно.

– Ленни поможет. Он придет в восторг, когда узнает.

Джино был далеко не уверен в этом.

– Где он? – спросил он.

– Побеспокоюсь об этом, когда приму дела.

– Ты так уверена?

– Абсолютно, – ответила она.

– 

Когда Микки закончил ее трахать, Уорнер вся дрожала. От того, что он мог довести до дрожи своим искусством любви женщину-полицейского шести футов ростом, Микки чувствовал себя необыкновенно мощным мужчиной.

– Микки, ты воистину самый лучший любовник, какого якогда-либо знала, – произнесла она с обожанием.

Забавно, одна из проституток мадам Лоретты сказала ему то же самое два дня назад. Какие тут еще нужны доказательства? Сперва проститутка, теперь Уорнер. Он, наверное, действительно нечто необыкновенное в постели. Жаль, что Абигейль никогда ему такого не говорила.