– Вы не находите, что Мэгги права? Один удар по голове погрузил вас в забытье, а другой заставил все вспомнить? – поинтересовался Баджер.

– Нет, причина в нашей любви. Не желаю, чтобы эти кошмары продолжались. Скоро Джесси не захочет ложиться со мной в постель.

Энтони взволнованно переминался с ноги на ногу, ожидая, пока взрослые успокоятся.

– Я рад, что ты убила этого ужасного человека, Джесси, но не это главное. Все дело в сокровище Черной Бороды. Еще до моего рождения папа с мамой тоже отыскали клад. Наследство Уиндемов.

– Значит, это будет твоя первая охота за сокровищами, Энтони. Уверена, что оно существует и, вероятно, зарыто около Дыры Тича. Нужно только вернуться и выкопать дневники Черной Бороды, чтобы обнаружить, где спрятаны богатства пирата. Возможно, нам не удастся это сделать, потому что третьего дневника нет. Папа говорил, что Кримсон будет сидеть в тюрьме до девяноста лет. Придется довольствоваться лишь двумя тетрадями.

Спирс поднялся.

– Я немного прочитал об этом типе, Черной Бороде, после того как доктор Рейвн о нем упомянул. И узнал, что в 1811 году бостонский театр поставил пьесу из морской жизни под названием «Пират Черная Борода». Конечно, все это было чистым вздором. Я так и не нашел никаких фактов о его жизни, кроме тех, что англичане считали его шотландцем, а все остальные – англичанином. Мы верим Джесси – дневники старого грешника и негодяя Тома действительно существовали. Обсудив все, мы решили, что, поскольку Дачесс давно хотела путешествовать, ей предоставляется идеальная возможность. Отправимся на этот самый Окракок и отыщем сокровище Черной Бороды.

– Совершенно верно, – кивнула Мэгги. – Вот уже семь лет нам не попадалось ни одного клада. Самое время поработать мозгами! На этот раз мне хотелось бы получить рубиновое ожерелье. Как ты считаешь, Самсон?

– Ты будешь выглядеть восхитительно, дорогая.

– Я мог бы приготовить местные блюда, – вставил Баджер. – Насколько я помню, Джесси, прибрежные городки славятся похлебкой из моллюсков с картофелем и морковью. Простое блюдо, но если стряпать по всем правилам, достойно королей. Я сварю его, когда мы будем на Окракоке.

– О Маркус! – воскликнула Дачесс, взволнованно выпрямляясь и на мгновение забыв о распашонке Чарльза. – Поиски нового клада и похлебка Баджера. О каких моллюсках идет речь?

– Тех, что живут в витых раковинах, Дачесс. Они очень вкусные.

– Энтони, у меня есть несколько таких раковин, – сообщила Джесси. – Ты можешь использовать их вместо рога, когда понадобится позвать кого-то.

– Значит, плывем в Америку, – объявила Дачесс. – Посетим Марафон. Познакомимся с родными Джесси. О Господи, совсем забыла! Придется встретиться с мамочкой Джеймса!

– Сожалею, Дачесс, но это неизбежно. От нее не отделаешься.

– Совсем как от чумы, – проворчал Маркус и, поднявшись, заходил по комнате. – Такие вещи сразу не решаются, Дачесс, – сказал он наконец. – Нас не будет три месяца. А впереди скорее всего ожидает немало трудностей. Океанское путешествие всегда сопряжено с риском. И как поступить с мальчиками?

– Нужно сделать все для их безопасности, – поддакнул Спирс. – Поэтому лучше всего взять детей с собой.

Энтони издал радостный вопль и начал носиться по комнате.

– Мастер Энтони, – спокойно заметил Спирс, – слух взрослых и без того слишком чувствителен. Не стоит подвергать его подобному испытанию.

Энтони быстро подошел к камину, где стоял отец, и встал рядом, в той же позе. Маркус снова принялся расхаживать. Энтони шествовал сзади, стараясь ступать так же широко. Но тут заговорила Дачесс:

– На прошлой неделе ты видел Алека Каррика, Маркус. Мы могли бы отплыть в Балтимор на одном из его судов. Это барон Каррик, – пояснила она Джесси. – Три года назад он женился на дочери владельца судостроительной компании из Балтимора. От первого брака у него осталась дочь, Холли, а теперь у Джинни родился сын, Дев Джеймс. Возможно, вы слышали о Пакстонах?

– Конечно. Я даже знаю, что Джинни Пакстон пыталась сама управлять судоверфью отца. Да-да, и все кругом только и твердили о каком-то англичанине.

– Это и был Алек. Они проводят больше времени в Англии, чем в Америке, но по крайней мере дважды в год приезжают в Балтимор. Джинни невероятно талантливая женщина. Во всяком случае, не пишет вульгарные куплеты, подобно моей жене, и не оскорбляет мой утонченный слух! Джинни умеет строить корабли!

Но Дачесс лишь мило улыбнулась.

– Не забывай о поисках клада, Маркус.

– Я не видел такой лучезарной улыбки с прошлого года, когда преподнес тебе на день рождения совершенно необыкновенный подарок. Помнишь?

В лице Дачесс не дрогнул ни один мускул, улыбка едва заметно смягчилась.

– Я все помню, Маркус. Никогда не сомневайся в этом.

Граф оглядел выжидающие лица. Посмотрел на счастливую физиономию сына. Увидел в глазах собравшихся искреннее волнение. И сам затрепетал от возбуждения и предчувствия неизведанного.

Маркус поднял на руки Энтони и медленно произнес: