От собственной дерзости у него закружилась голова. Избавиться от Виктора?

Долгие годы он зависел не только от денег старика, но и от его связей. К тому же отец обладал сверхъестественной способностью точно определять слабое место оппонента. И Виктор всегда был настоящим руководителем его избирательной кампании, его стратегом, его серым кардиналом.

«Мне же пятьдесят три, – думал Райленд. – Старик мне больше не нужен. Я уже сам в состоянии управлять своей жизнью».

Райленду показалось, будто на него снизошло прозрение.

Деньги не проблема. Он единственный наследник Виктора. Да и Алекса женщина не бедная.

Он больше не нуждается в отце. До чего ж хорошо! Просто гора с плеч свалилась!

Дверца лимузина распахнулась. Райленд, нацепив на лицо выражение, подобающее отцу, потерявшему злосчастную дочь, убитую наркотиками и алкоголем, вслед за Алексой вышел из автомобиля.

Виктор Уэбб смотрел, как его старший сын медленно и печально шествует к часовне. Его сердце разрывалось от гнева и скорби. Когда-то давно, много лет назад, он совершил ужасную ошибку, которую уже невозможно поправить.

Со стороны могло показаться, что Райленд был идеальным сыном. Виктор делал для него все, что было в его силах, предоставил все, что требовалось для достижения желанной цели. Благодаря ему Райленд получил самое лучшее, на уровне мировых стандартов, образование, деньги и связи. Виктор был уверен, что мечта всей его жизни – создание могущественной династии, которая жила бы в его потомках, – вот-вот должна осуществиться.

Но при этом он уже понял, что его опасения относительно самого главного оправдались. Несмотря на все его старания выковать характер сына, стало ясно: Райленду не хватает силы воли, чтобы справиться со своими внутренними пороками. Там, где-то глубоко внутри, Райленд оказался слабаком.

Да, он совершил роковую ошибку. У него было двое сыновей. И он ошибся с выбором того, кому пожелал отдать все.

– Я вчера разговаривал с доктором Ван Дайк. Она сказала, что ты ей ни разу не перезвонил. – Старик смотрел на Люка с противоположного конца библиотеки. – Она считает, что ты закрываешь глаза на свои психические проблемы, не желаешь признавать очевидного.

Остановившись перед камином, Люк положил руку на резную дубовую полку и обвел взглядом окружавшие его стеллажи, набитые тяжелыми томами и научными журналами. Каждая монография, каждая статья этого богатого собрания были посвящены виноделию. Виноградарство и виноделие являлись предметом страсти всех членов семьи, но только не Люка.

Он тоже пробовал пойти по стопам отца. В различные периоды своей жизни – в последний раз это было шесть месяцев назад – он предпринимал серьезные попытки разжечь в себе энтузиазм, подобный тому, каким горели отец с Гордоном Футом и все остальные. Однако попытки Люка ни к чему не привели. Он всегда избирал для себя свой собственный путь: сначала наука, потом морская пехота, а теперь вот проект.

С той самой минуты, когда они с Айрин добрались до раскинувшегося на обширной территории комплекса «Элена-Крик виньярдз», где размещались винные погреба, дегустационные залы и залы для приемов, Люк уже знал, что скоро отец припрет его к стенке и заговорит о докторе Ван Дайк.

Они с Джейсоном и Хакеттом называли отца стариком, но слово это ни в коем случае не содержало в себе намека на преклонный возраст – оно было выражением признания и уважения его статуса самого старшего мужчины в семье.

На самом деле старику не исполнилось еще и семидесяти, и по его суровому хищному лицу было невозможно определить возраст. А благодаря жесткой дисциплине, регулярным тренировкам, хорошей наследственности и неустанным заботам Вики о его питании его телосложению и выносливости позавидовал бы и гораздо более молодой человек.

Облаченный этим вечером в элегантный смокинг, с бокалом отменного каберне из «Элена-Крик виньярдз» в руке, старик выглядел так, словно с пеленок жил в роскоши. Однако в действительности им с Гордоном Футом на пути, ведущем вверх, к успеху, каждую ступеньку приходилось брать с боем.

– Я был занят, – ответил Люк.

Джон хмуро сдвинул тяжелые серебристые брови.

– Чем? Айрин Стенсон?

– И гостиницей тоже, – сказал Люк и после короткой паузы добавил: – К тому же я время от времени пописываю.

Замечания о гостинице и писательском труде Джон оставил без внимания.

– Айрин – интересная женщина, – заметил он. – По-видимому, умная. Энергичная. Довольно эффектная.

– Я вижу, ты заметил ее платье, – сказал Люк. – Хорошо она выглядит, правда? Наверное, это все благодаря комплексу пилатес.

– Какому комплексу?

– Да так, ерунда, не обращай внимания.

Джон тихо фыркнул:

– Джейсон говорит, она репортер и с каким-то тяжелым прошлым.

«Взять себе на заметку, – подумал Люк. – При первой же возможности удушить младшего брата».