Джон махнул рукой, давая понять, что хочет сменить тему.

– Тебя, как я понимаю, прислали за мной?

– Боюсь, что так. – Гордон широко улыбнулся, качнувшись на каблуках. – Торжественный вынос праздничного торта начинается через пятнадцать минут. Тебе сначала придется задуть миллиарды свечей, а потом пройтись с Вики в ежегодном праздничном вальсе по танцполу.

Джон простонал:

– Ненавижу торжественную часть со свечами.

Гордон издал смешок.

– Традиции нужно чтить. Не переживай, я проследил, чтобы огнетушитель был под рукой.

Люк, решив воспользоваться случаем, двинулся к выходу.

– Пойду поищу свою девушку.

– Последний раз я видел мисс Стенсон на террасе. Они разговаривали с Вики, – услужливо подсказал Гордон.

– Именно этого я надеялся избежать, – сказал Люк.

Джон нахмурился.

– Нельзя винить Вики за то, что она проявляет к ней интерес.

– Отец прав, – сказал Гордон. Его радости немного поубавилось, шутливый настрой почти пропал, и на лице Гордона появилось озабоченное выражение. – Судя потому, что Джейсон сегодня вечером нам рассказал о мисс Стенсон, она, мягко говоря, немного странноватая.

– Мне сойдет, – кивнул Люк и, открыв дверь, вышел.

Гордон увидел, как на лице друга отразились и чувство вины, и беспокойство отца за сына. Большинство не заметило бы, что рука Джона сжимала бокал сильнее обычного, что в углах его рта побелели складки. Но они с Джоном слишком давно друг друга знали.

Гордон взял бутылку вина, пересек комнату и наполнил опустевший бокал Джона.

– Не принимай близко к сердцу, – тихо сказал он.

– И как ты, черт побери, это себе представляешь? – Джон сделал глоток вина и поставил бокал. – Люк в беде. Когда у них с Кейти сорвалась помолвка, дела были плохи, а теперь вообще связался с женщиной, у которой с головой, не исключено, еще хуже, чем у него.

– А может, тебе притормозить чуть-чуть, дать ему немного времени и свободы, а, Джон?

Джон твердо посмотрел на Гордона:

– Если я дам ему время и свободу, я могу его потерять. Ван Дайк говорит, этот самый посттравматический стресс штука непредсказуемая. Никогда не знаешь, чем все может обернуться, если его не лечить.

Гордон положил руку другу на плечо.

– Все дело в Саре, да?

– Да, черт возьми, в Саре. – Джон вскочил со своего места и принялся мерить шагами комнату. – Он же ее сын. Ван Дайк говорит, склонность к депрессии и поведение, направленное на саморазрушение, могут передаваться по наследству. А тут еще плюс ко всему психическая травма после участия в боевых действиях и тот уик-энд с Кейти, одно на другое накладывается, вот тебе и получается взрывоопасная смесь.

– Он ведь и твой сын тоже, у него есть и твои гены. Он же не выполненная под копирку копия Сары.

– Да знаю я. – Джон провел руками по волосам. – Но я не могу рисковать, понадеявшись на то, что авось пронесет, авось он выкарабкается своими силами. Ван Дайк говорит, что это может оказаться бомбой замедленного действия.

– Я понимаю, Джон, тебе тяжело. Мне тоже тяжело: я ведь его с пеленок знаю. Или ты думаешь, я из-за него не переживаю? Но он ведь все-таки не маленький мальчик, он как-никак взрослый мужик. Ты, конечно, можешь давать ему советы, но за руку же ты его к врачу не приведешь.

– А что мне прикажешь делать? – Джон остановился перед камином. – Делать вид, что он сам может справиться со своими проблемами? Закрыть глаза на тревожные симптомы, как я это делал с его матерью?

– Ничего ты не закрывал глаза. Сара страдала от клинического случая депрессии. В ее самоубийстве ты не виноват.

– Возможно. – Джон очень медленно обернулся. – Но если Люк сотворит с собой нечто подобное, вряд ли я смогу жить.

– Люк всегда следовал своим путем, и порой он бывает ужасным упрямцем. – Гордон устало улыбнулся. – Как я уже тебе сказал, он твой сын, Джон.

– Я сегодня днем опять разговаривал с Ван Дайк. – Лицо Джона застыло в выражении непреклонной решимости. – Я ей сказал, что сегодня вечером и завтра утром Люк будет у нас. Она ответила, что можно еще кое-что попробовать предпринять. Но ей требуется помощь всех членов семьи. В том числе и твоя.

– В чем бы ни заключалась эта затея, я не уверен, что она удачная. Но ты мой друг. И ты знаешь, что дважды просить меня о помощи не нужно.

Вики Даннер была стильной женщиной, держалась уверенно и с достоинством. Аристократическое лицо демонстрировало преимущества регулярных процедур у профессиональных косметологов, позволявших надолго сохранить свежий вид. В строгом сером облегающем платье, с поблескивающими в ушах и на шее бриллиантами, она являла собой образец дорогой и изысканной элегантности.

Айрин, наблюдавшая в течение этого вечера за Вики, уже оценила, насколько очаровательна может быть супруга Джона Даннера. Однако в данный момент режим очарования был отключен. Ее мучили кое-какие вопросы, и она была твердо намерена их прояснить.