Обнаружив, что серебристый джип следует за ее машиной почти впритык, Айрин внезапно осознала, как медленно едет.

Пустая дорога и мрачные мысли позволили ей отвлечься и перенестись в другую реальность. Айрин вела машину на автопилоте. Обгон транспорта, движущегося на низкой скорости, на извилистой двухполосной дороге возможен не везде. Поэтому, когда ползешь еле-еле, люди, следующее за тобой, просто стервенеют. Здесь медленно ездят только туристы.

Айрин мигом распрямилась за рулем и решительно надавила на газ, преодолев серию поворотов на скорости. Однако, снова бросив взгляд в зеркало заднего вида, она заметила, что джип не отстал, а, напротив, продолжал стремительно сокращать разделявшее их расстояние.

Кто бы это ни был, а она ему явно действует на нервы. И он намерен наказать ее за нанесенное ему оскорбление – она заставила его ехать медленно. Этого ей еще не хватало – сумасшедшего, злобного идиота за рулем.

По спине у Айрин от страха пробежал холодок. Тот отрезок шоссе, по которому она ехала, шел по самому верху, опоясывая вершину гор. Дорога опасная. Отец Айрин не раз, возвращаясь домой усталым и мрачным, рассказывал матери, как кто-то из местных напился и, сбив ограждение, упал в озеро. Несколько лет назад, одержимая своими бесконечными, неустанными попытками расследовать прошлое, Айрин узнала, что с Бобом Торнхиллом по дороге случился сердечный приступ и он где-то здесь упал с горы в воду.

Джип следовал угрожающе близко. Пару раз Айрин в качестве предупреждения давала по тормозам. Но внедорожник, вместо того чтобы отстать, лишь ускорялся.

В животе у Айрин образовался лед. Своего сердца, глухо стучавшего в груди, она уже почти не чуяла. Страх кислотой растекался по венам. Все инстинкты самосохранения сигнализировали опасность. Водитель джипа пытался ее запугать, и это ему удавалось.

Айрин сильнее нажала на газ. Отец учил ее водить по Лейкфрант-роуд. Для городских подростков главное – научиться лавировать на городских улицах и въезжать на автомагистраль. Дети, выросшие в сельской местности, осваивают другие премудрости. Уже семнадцать лет Айрин не водила машину по этой узкой дороге, но навыки, приобретенные еще в ранней юности, остаются с человеком навсегда, напомнила она себе. Кроме того, наставник у нее был превосходный. Ее отец водил машину так же, как делал все остальное, – как морской пехотинец.

Айрин имела одно серьезное преимущество: ее малолитражка отлично удерживала дорогу, как настоящий спортивный автомобиль. Джип же по сути – грузовик. Набрав скорость, он становился крайне неустойчив на крутых поворотах извилистой дороги.

Все дело только в скорости, думала Айрин. Кто-то рано или поздно совершит ошибку и нырнет в озеро. А воды в этом районе глубоки. Падение с обрыва равносильно смертному приговору.

Айрин порылась в памяти, пытаясь представить карту здешней местности. Где-то повыше находился въезд в маленький, в густых зарослях деревьев поселок. Семнадцать лет назад недвижимость здесь не шла нарасхват. Построили лишь несколько недорогих летних домов. Если повезет, Вентана-Истейтс, как и весь Дансли, тоже попал в зону искаженного времени.

Айрин услышала визг тормозов, но оторвать глаза от дороги не решалась. Один незначительный просчет на такой скорости, и она перелетит через тоненький, как листок бумаги, металлический барьер.

Выйдя из очередного крутого виража, она увидела поблекшую вывеску Вентана-Истейтс. Никому, по-видимому, ни разу и в голову не пришло ее перекрасить. И это как нельзя лучше отвечало ее замыслу.

На повороте ей пришлось сбросить скорость, однако последний крутой вираж подарил ей несколько дополнительных секунд: водитель внедорожника, пытаясь выровнять машину, отстал.

Айрин с силой ударила по тормозам, резко вывернула руль влево и надавила на газ. Первая часть пути в так и не заселенный поселок была кое-как, но все же вымощена – с целью произвести более благоприятное впечатление на потенциальных покупателей. Однако Айрин с облегчением обнаружила, что зияющие здесь выбоины за прошедшие годы никто не удосужился заделать.

Шины джипа сзади бешено завизжали, выражая протест. Водитель из преисподней дико давил на тормоза. Подлец пришел в такую ярость, что собирался преследовать ее по улицам поселка.

Айрин захлестнула новая волна ужаса. Она молилась, чтобы водитель джипа, вытеснив ее с шоссе, удовлетворился бы наконец, отпраздновав свой жалкий, презренный триумф, и ехал бы себе дальше по Лейкфрант-роуд.

План А исчерпал себя, как сказала бы Памела. Пора переходить к Плану Б.

Тело Айрин покрылось холодным потом. Дальше все зависело от того, замостили ли дорогу внутри.

Мощеный участок резко обрывался. Малолитражка, кренясь и подпрыгивая на ухабах, сначала покатила по грубому асфальтобетону, потом выехала на еще более неровный отрезок пути, покрытый щебенкой вперемешку с грязью.

Айрин убрала ногу с педали газа и рискнула бросить взгляд в зеркало. Как какой-то ненасытный и кровожадный зверь, почуявший, что его жертва выбивается из сил, джип вырулил на щебеночную дорогу и продолжил преследование.

Айрин поехала по дороге, окружавшей район, подпустив к себе джип на опасно близкое расстояние. В зеркале заднего вида выросло чудовище. Айрин уже рисовала в воображении стальные челюсти, открывающиеся, чтобы проглотить ее малолитражку. Водитель вознамерился заставить ее снова выехать на Лейкфрант-роуд. Хорошо, лучше и мечтать нельзя, решила Айрин и нажала на газ.