– В Вентана-Истейтс?

– Да, а этот идиот последовал за мной.

– Ты меня пугаешь.

– Должна признаться, я и сама тогда здорово струсила. – Айрин вздрогнула. – Но старая дорога, которая пролегает через поселок, как была засыпана гравием, так и осталась. Да и не следит за ней никто, и там вместо дороги теперь вообще черт-те что, месиво какое-то.

– Знаю. Я как-то раз проезжал через Вентана-Истейтс. Сразу, как только переселился в Дансли, решил исследовать округу.

– А, небольшая рекогносцировка местности?

– Рассказывай, что было дальше.

Улыбка Айрин поблекла.

– Я сделала единственное, что мне тогда пришло в голову, – как только осознала, что джип отставать не собирается, резко надавила на газ. Честное слово, у него все лобовое стекло было засыпано гравием и камнями.

– Это был, – сказал Люк, обдумывая сказанное ею, – очень удачный маневр.

– Я прямо слышала, как камни и щебенка бьют в стекло джипа. У него повреждены лобовое стекло, краска на капоте и передние крылья, это точно.

– А когда ты выехала из поселка, он отстал?

– Всю дорогу домой, не отрываясь, смотрела в зеркало заднего вида и больше его не видела.

– Ты хорошо разглядела джип?

Айрин покачала головой:

– Нет. Он возник сзади совершенно внезапно. Я так перепугалась, что еле-еле смогла сосредоточиться на дороге.

– Какого он цвета?

– Серебристый металлик, как у тебя и у сотен других в округе. Огромный такой, с тонированными стеклами. Но больше я ничего не заметила.

– Номер?

– Издеваешься? Я на него даже внимания не обратила.

С минуту Люк сидел не шевелясь.

– Люк!

– Да?

– Ты думаешь, это не просто водитель-псих?

– Я думаю, это весьма вероятно, – ответил Люк, стараясь не выдать голосом своих чувств. – И Памела Уэбб, и Хойт Иган мертвы. Если бы ты сегодня, съехав с дороги, упала в озеро, вечером все говорили бы еще об одном несчастном случае, который произошел с тобой. А сенатор Райленд Уэбб смог бы почувствовать себя немного спокойнее, зная, что женщина, с которой его дочь хотела поговорить перед смертью, тоже мертва.

– Подлец до конца своей жизни не почувствует себя спокойно, обещаю, – поклялась Айрин. – Завтра вечером на акции по сбору средств я припру его к стене. А на следующее утро в «Гластон-Коув бикон» появится сенсация, и от карьеры Уэбба камня на камне не останется.

На следующий вечер Айрин, Люк, Аделин Грейди и Дункан Пени, единственный фоторепортер «Гластон-Коув бикон», стояли в тени горшечной пальмы, разглядывая собравшуюся в бальном зале гостиницы толпу.

– Отлично, – сказал Люк. Он был в костюме с галстуком, а под мышкой держал лэптоп. – Когда мы вошли, никто и ухом не повел.

– Это потому, что все смотрели только на удостоверения представителей прессы, – сказала Айрин. – Эдди, как ты ухитрилась их достать?

Маленькая и кругленькая Аделин, великолепная в своем алом, как светофор, брючном костюме, с самодовольным видом качнулась на каблуках.

– На свете нет ничего проще, чем репортеру достать удостоверения прессы на политическую акцию по сбору средств. Политтехнологам, организующим предвыборную кампанию, присутствие прессы на подобных мероприятиях необходимо как воздух. – Аделин махнула рукой по направлению к шведскому столу. – Ради чего они, по-вашему, выставили самую лучшую закуску?

– Неплохое угощение, – заметил Дункан. Молоденький и худенький, он был таким хрупким, что казалось, вот-вот упадет, не выдержав тяжести висевшей у него на шее аппаратуры. – Дункан сосредоточенно рассматривал канапе, ломтики сыра и крошечные сандвичи, громоздившиеся горкой на маленькой тарелочке у него в руке. – За шведский стол я бы поставил кампании Уэбба семь баллов из десяти. А может, и все восемь.

Айрин посмотрела на Аделин.

– Вот уж не думала, что «Гластон-Коув бикон» после публикации заметки о смерти Памелы у организаторов кампании Уэбба пользуется популярностью.

Аделин опрокинула в себя бокал шампанского и отставила его в сторону.

– Когда я позвонила с просьбой об аккредитации, название газеты, как видно, не расслышали.

Люк присмотрелся к висевшей у нее на шее, вставленной в пластик карточке.

– Так вот почему в наших документах значится, что мы из «Знамени Гластон-Коув».

– Временное недоразумение, которое я буду только счастлива исправить. – Аделин порылась в своей сумке и выудила оттуда четыре корреспондентских удостоверения, которые раздала всем четверым. – Вот вам новые удостоверения.