– Вы сегодня не танцуете, мой господин?

Какая-то девушка нагнулась к Гарету. Танон вспомнила, что ее знакомили с ней. Это была Изольда, дочь столяра Патрика. Ее кудрявые волосы, собранные в косу, спускались ниже пояса.

– Может, позже, Изольда.

– Но сегодня большой праздник, – продолжала настаивать Изольда. На одно короткое мгновение она даже надула губы. – Я долго готовилась. Уверена, что смогу превзойти тебя, – с вызовом добавила валлийка. – Я превзошла самого Иона.

– Ион – это тебе не Гарет, – заметил Киан, насмешливо ухмыльнувшись.

Изольда нанесла сокрушительный удар по его самолюбию.

– Наверное, – со вздохом сожаления проговорила Изольда, – принц Гарет оставил Веферна в темнице Дафидда.

Ее глаза вспыхнули торжествующим огнем, когда Гарет поднялся на ноги.

– Пойдем, – сказал он.

– Принц Гарет будет танцевать! – закричал Киан, расчищая для него дорогу.

Танон услышала, как сидящие рядом начали предлагать тем, кто сомневался в искусстве Гарета, поспорить на любое количество гусей и овец, что Веферн выиграет.

Гарет и Изольда вступили в круг танцующих.

– Ты хмуришься, – заметил Мэдок.

Взгляд Танон был прикован к спутнице мужа.

– Она очень красивая. – Танон закусила губу, отчего на ее шеках появились ямочки.

– И что? – спросил Мэдок, поднося ко рту кубок.

– И что? – Танон справилась со страхом и взглянула на грозного воина. – А то, что мой муж сейчас будет с ней танцевать.

Взгляд Мэдока потеплел, когда он увидел, что прекрасное лицо Танон исказилось от тревоги.

– Твой муж будет танцевать, но не с ней. Чтобы встать с ним в пару, Изольда должна сначала превзойти его в мастерстве. Но я уверен в том, что это невозможно, моя милая госпожа.

Танон непонимающе посмотрела на него. Но вместо того чтобы объяснить подробнее, Мэдок подошел поближе к танцующим, повернулся и подозвал ее к себе.

Когда Гарет с Изольдой вошли в круг, все пары потеснились. Воцарилась тишина, музыканты перестали играть, ожидая распоряжений Гарета.

– Что-нибудь быстрое, – приказал он им.

Изольда согласно кивнула и сложила руки за спиной.

В уши Танон ворвался грохот барабанов. Их бой был таким же громким, как и стук ее сердца. Лютни и виолы подхватили ритм.

Мэдок наклонился к Танон, чтобы она расслышала его голос сквозь музыку.

– Ноги у Изольды проворные, и она хорошо держит равновесие. – Когда Танон негодующе посмотрела на него, Мэдок мягко рассмеялся. – Никто не может двигаться быстрее, чем Гарет. Но если она так близко подбирается к самому Веферну, то, представь себе, какой урон она может нанести более неповоротливому мужчине – тому, кто хочет причинить ей вред. Смотри внимательно, – прошептал Мэдок. – Вообрази в ее руках топор или копье. Сейчас она могла бы уже убить или по крайней мере ранить нападающего. Здесь все обучены защищаться с помощью танцев. Этому учились для того, чтобы селение больше никогда не сдавалось врагам.

Танон начала потихоньку понимать, что происходит перед ее глазами, но ей это все равно совсем не нравилось. Она продолжала наблюдать, накручивая на палец прядь волос.

Ноги Изольды двигались точно в такт музыке. Она приближалась к Гарету, нападала и разворачивалась, а потом вновь высоко поднимала колени, взбивая вверх юбки. Казалось, будто эта пара была вовлечена в яростный бой. В сложный рисунок их изящного танца великолепно вписывались запутанные маневры нападения и отступления. Движения Гарета были исключительно оборонительными. Он с поразительной легкостью избегал прикосновений Изольды, заставляя девушку бить ногами быстрее, прыгать выше. Его ноги двигались с такой скоростью, что Танон даже прищурилась в попытке разглядеть, касались ли они вообще земли. Танец Изольды стал еще сложнее – ноги скрещивались друг с другом таким замысловатым образом, что Танон точно упала бы навзничь, попытайся она повторить эти движения. Но Гарет в ответ только рассмеялся и покачал головой.

Когда рука Изольды взметнулась перед ним, он проворно, грациозно выгнул спину и чуть присел, избегая удара в голову.

Завороженная разворачивающимся действом, Танон начала узнавать в его грациозных движениях те самые, которые она видела на турнире в Уинчестере, когда он победил восемь человек Роджера и не потерял ни одного очка. Быстрый, как лиса, Гарет избегал каждого прикосновения, но при этом еще и двигался в такт энергичной музыке. Когда он отпрыгнул назад, уворачиваясь от удара в пах, Танон улыбнулась. Гарет послал Изольде шутливо-злобный взгляд, а потом стремительно прыгнул вбок прежде, чем целившаяся в него нога девушки опустилась на землю. Его волосы струились по плечам, словно расплавленное золото, лицо было озарено диким, но радостным блеском, а ноги без устали топтали зеленый ковер.

– Она сейчас проиграет! – закричал Томас, и толпа согласно загудела.

– Пусть его жена попробует!

Танон побледнела и обернулась, чтобы взглянуть на того, кто выкрикнул такое нелепое предложение. Другой голос поддержал его, а вскоре к хору желающих испытать ее ловкость присоединились все вокруг. Танон отрицательно покачала головой и отошла к Мэдоку.

– Я не могу так танцевать. Мэдок мягко подтолкнул ее вперед.

Танон встала на краю круга и посмотрела на Гарета. Дыхание Гарета было прерывистым, волосы растрепались, на губах застыла вызывающая улыбка. Он подошел к ней, и Танон ощутила исходящие от него волны ничем не сдерживаемой силы. В его глазах пылал огонь, заставлявший ее тело трепетать. Танон стояла на поле сражения перед воином, который впервые пробудил ее женскую сущность, стояла так близко, что могла дотронуться до его вздымающейся груди, вдохнуть резкий мужской запах. Танон сглотнула, Гарет выглядел, как настоящий, восхитительно опасный дикий варвар.